Женомужчины
При всем том что это Дугин - стоит задуматься
https://centrasia.org/news2.php?st=1681252380
Я думаю, что мы затронули сейчас очень важную тему. Это - пол войны. Я предлагаю в дальнейшем более подробно тематизировать это социологическом и, может быть, в политологическом контексте в работе нашего Института.
Этот вопрос далеко не очевиден. В свое время на социологическом факультете МГУ мы проводили исследование по методике Ива Дюрана, изучающей "воображаемый гендер" или "гендер имажинэра" (Ж.Дюран). Надо было тонко выяснить, кем люди сами себя воображают. И, вот, что интересно. Оказалось, что анатомический пол респондентов далеко не всегда совпадал с их имагинативным полом. В тексте АТ.9 надо было изобразить цену с несколькими постоянными фигурами, соотнесенными друг с другом произвольно. Так вот выяснилось, что среди женщин было так же много героев, как и среди мужчин. В душе, на уровне бессознательного очень много женщин считают себя активными, мужественными, героическими фигурами, а не нежными, миролюбивыми, заботливыми матерями. И наоборот, где-то половина мужчин с точки зрения воображаемого гендера, имеют структуру, обычно считающуюся женской психологией – они трусоваты, предпочитают комфорт и непрерывность, тяготеют к убежищу. Таким образом можно фиксировать определенный зазор между анатомическими характеристиками человека и его психологическими бессознательными ориентациями.
Возможно, что именно на этом либералы строят свою гендерную политику, используют этот фактор, придавая ему чрезмерные, агрессивные и чисто первертные пропорции.
То, о чем вы говорите, это очень важно. Да, нельзя отрицать, что существует феминизация русских мужчин. Исторически, я думаю, особенно за последние 100 лет русские мужчины утратили очень многие чисто мужские свойства. Это мы и видим в данном опросе. Русские женщины сейчас более мужественны, и более человечны, более ответственны, чем мужчины. Это очень серьезный элемент. В советское время и особенно в позднесоветский период сказалось систематическое подавление инициативы, состоялась незаметная социологическая кастрации русского общества. Мужчине говорили: если ты имеешь собственную позицию, если ты мужественный, то ты -- опасный элемент, тебя надо ограничивать, как бы ты не наделал дел, а то и излечить. С 90-х годов советская феминизация перетекла в либерализм – вплоть до пролиферации нетрадиционных ориентаций среди мужчин и прямого изменения пола. В какой-то момент это зафиксировали правящие элиты и отчасти содействовали такому процессу.
Следует поднять вопрос о феминизации российских мужчин, о мутации их имагинативного гендера. Эту задачу следует ставить и исследовать серьезно, привлекая арсенал социологии, антропологии и психологии.
Война – дело мужчин, а они подчас этого делать как раз-то и не хотят. Если они не хотят, значит, они уже немного "не мужчины". Сама установка на "нет войне" подозрительна для мужского пола, ведь встать на защиту своей Родины – это естественно. А если это не естественно, мы имеем дело с каким-то очень глубоким процессом дегенерации, на что Вы правильно обратили внимание.
Я думаю, что в социологических исследованиях этому следует уделить специальное внимание. Хорошо бы выяснить, до какой степени российские мужчины еще мужчины, а в какой мере уже нет. Тут наверняка следует подобрать особые гибкие и тонкие критерии, ввести особые маркеры. Если мы будем копать, то найдем очень много интересного и важного.
В какой-то момент мне пришла мысль, что само начало военной операции отдаленно напоминает истерический припадок. То есть, мы вначале что-то делаем, а потом думаем, что мы делаем. Вначале резкий срыв, удар, совершается нечто непоправимое, а затем сразу приходит раскаяние: что же я натворил(а). Это паттерн, скорее, женского поведения. Вначале начинаю скандал, требуя расставания развода, а потом – ой, да нет, давай помиримся. Также нельзя, что же я натворил(а). Посуду разбили, сковородкой махнули, границу пересекли… И сразу же давай мириться. Совсем не мужское поведение. Начал войну – выигрывай.
Мужчина, когда что-то делает, что-то начинает, то после этого все – он становится заложником своего решения, своей воли, своей чести. У нас же Специальная Военная Операция, особенно в самом начале, имела в себе черты истероидно-феминоидного стиля.
Конечно, это войну начали не женщины, но именно мужчины. Но стиль ведения этой войны, и особенно ее осознание частью правящих элит несет в себе много истерических черт. И это, кстати, подчас контрастирует с героическим, мужественным, по-настоящему ответственным поведением наших женщин.
Есть такой тг-канал "Суровые мамы Донбасса". Читая его, удивляешься, какое ответственное, взвешенное, мужское, разумное, героическое поведение характеризует собравшихся там наших женщин, активно и действенно поддерживающих Специальную Военную Операцию. Это очень интересно, и вместе с тем, очень тревожно.
Я бы на месте русских мужчин задумался. Ситуация тревожная. У русских мужчин похищают пол. Вплоть до начала СВО в обществе сложилась атмосфера, в которой русский мужчина заведомо в чем-то неполиткорректен. Он вынужден каяться и сдерживать свои мужские проявления. Поэтому элиты и относятся к патриотизму, к патриотическим инициативам с такой опаской. Проблема у нас не в женщинах, а в тех мужчинах, которые не являются мужчинами. При этом они же не становятся и женщинами, они просто перестают быть мужчинами. Переставая быть мужчинами, они не превращаются в женщин, они превращаются в уродов, в монстров. Феминизированный мужчина не имеет никакого отношения к женщине. Это результат дегенерации.
https://centrasia.org/news2.php?st=1681252380
Я думаю, что мы затронули сейчас очень важную тему. Это - пол войны. Я предлагаю в дальнейшем более подробно тематизировать это социологическом и, может быть, в политологическом контексте в работе нашего Института.
Этот вопрос далеко не очевиден. В свое время на социологическом факультете МГУ мы проводили исследование по методике Ива Дюрана, изучающей "воображаемый гендер" или "гендер имажинэра" (Ж.Дюран). Надо было тонко выяснить, кем люди сами себя воображают. И, вот, что интересно. Оказалось, что анатомический пол респондентов далеко не всегда совпадал с их имагинативным полом. В тексте АТ.9 надо было изобразить цену с несколькими постоянными фигурами, соотнесенными друг с другом произвольно. Так вот выяснилось, что среди женщин было так же много героев, как и среди мужчин. В душе, на уровне бессознательного очень много женщин считают себя активными, мужественными, героическими фигурами, а не нежными, миролюбивыми, заботливыми матерями. И наоборот, где-то половина мужчин с точки зрения воображаемого гендера, имеют структуру, обычно считающуюся женской психологией – они трусоваты, предпочитают комфорт и непрерывность, тяготеют к убежищу. Таким образом можно фиксировать определенный зазор между анатомическими характеристиками человека и его психологическими бессознательными ориентациями.
Возможно, что именно на этом либералы строят свою гендерную политику, используют этот фактор, придавая ему чрезмерные, агрессивные и чисто первертные пропорции.
То, о чем вы говорите, это очень важно. Да, нельзя отрицать, что существует феминизация русских мужчин. Исторически, я думаю, особенно за последние 100 лет русские мужчины утратили очень многие чисто мужские свойства. Это мы и видим в данном опросе. Русские женщины сейчас более мужественны, и более человечны, более ответственны, чем мужчины. Это очень серьезный элемент. В советское время и особенно в позднесоветский период сказалось систематическое подавление инициативы, состоялась незаметная социологическая кастрации русского общества. Мужчине говорили: если ты имеешь собственную позицию, если ты мужественный, то ты -- опасный элемент, тебя надо ограничивать, как бы ты не наделал дел, а то и излечить. С 90-х годов советская феминизация перетекла в либерализм – вплоть до пролиферации нетрадиционных ориентаций среди мужчин и прямого изменения пола. В какой-то момент это зафиксировали правящие элиты и отчасти содействовали такому процессу.
Следует поднять вопрос о феминизации российских мужчин, о мутации их имагинативного гендера. Эту задачу следует ставить и исследовать серьезно, привлекая арсенал социологии, антропологии и психологии.
Война – дело мужчин, а они подчас этого делать как раз-то и не хотят. Если они не хотят, значит, они уже немного "не мужчины". Сама установка на "нет войне" подозрительна для мужского пола, ведь встать на защиту своей Родины – это естественно. А если это не естественно, мы имеем дело с каким-то очень глубоким процессом дегенерации, на что Вы правильно обратили внимание.
Я думаю, что в социологических исследованиях этому следует уделить специальное внимание. Хорошо бы выяснить, до какой степени российские мужчины еще мужчины, а в какой мере уже нет. Тут наверняка следует подобрать особые гибкие и тонкие критерии, ввести особые маркеры. Если мы будем копать, то найдем очень много интересного и важного.
В какой-то момент мне пришла мысль, что само начало военной операции отдаленно напоминает истерический припадок. То есть, мы вначале что-то делаем, а потом думаем, что мы делаем. Вначале резкий срыв, удар, совершается нечто непоправимое, а затем сразу приходит раскаяние: что же я натворил(а). Это паттерн, скорее, женского поведения. Вначале начинаю скандал, требуя расставания развода, а потом – ой, да нет, давай помиримся. Также нельзя, что же я натворил(а). Посуду разбили, сковородкой махнули, границу пересекли… И сразу же давай мириться. Совсем не мужское поведение. Начал войну – выигрывай.
Мужчина, когда что-то делает, что-то начинает, то после этого все – он становится заложником своего решения, своей воли, своей чести. У нас же Специальная Военная Операция, особенно в самом начале, имела в себе черты истероидно-феминоидного стиля.
Конечно, это войну начали не женщины, но именно мужчины. Но стиль ведения этой войны, и особенно ее осознание частью правящих элит несет в себе много истерических черт. И это, кстати, подчас контрастирует с героическим, мужественным, по-настоящему ответственным поведением наших женщин.
Есть такой тг-канал "Суровые мамы Донбасса". Читая его, удивляешься, какое ответственное, взвешенное, мужское, разумное, героическое поведение характеризует собравшихся там наших женщин, активно и действенно поддерживающих Специальную Военную Операцию. Это очень интересно, и вместе с тем, очень тревожно.
Я бы на месте русских мужчин задумался. Ситуация тревожная. У русских мужчин похищают пол. Вплоть до начала СВО в обществе сложилась атмосфера, в которой русский мужчина заведомо в чем-то неполиткорректен. Он вынужден каяться и сдерживать свои мужские проявления. Поэтому элиты и относятся к патриотизму, к патриотическим инициативам с такой опаской. Проблема у нас не в женщинах, а в тех мужчинах, которые не являются мужчинами. При этом они же не становятся и женщинами, они просто перестают быть мужчинами. Переставая быть мужчинами, они не превращаются в женщин, они превращаются в уродов, в монстров. Феминизированный мужчина не имеет никакого отношения к женщине. Это результат дегенерации.