Максим Калашников

Есть такой публицист – Максим Калашников (настоящая фамилия, что характерно Кучеренко). Он автор нескольких крупных работ в стиле технофутуристической псевдодокументалистики. И мне кажется, что в сегодняшних событиях его вклад, прежде всего в настроениях т.н. глубинного народа – очень сильно недооценен. Очень сильно. Мне кажется, он в разы выше, чем вклад Дугина – я приводил здесь его писания, при прочтении которых сразу возникает подозрение, что их автор психически болен. Калашников же последователен и убедителен.
Сразу скажу – я читал Калашникова, одно время был с ним согласен. Знаете, когда я понял что тот дурак? Точнее начал понимать? Когда тот запостил пост о том что будет покупать ружье, после каких-то мигрантских беспорядков в Москве. Первое – будет покупать, а не купил. Второе – если для принятия такого решения надо чтобы беспорядки под окнами произошли – человек явно дурак. И третье – Калашников явно относится к категории неисправимых совков, которые вместо того чтобы купить пистолет и/или ружье и защитить себя самим – откажутся от свободы и будут строить государство сталинского типа чтобы оно защитило их. Потом – их дети спросят их: папа, а как ты допустил ГУЛАГ – а они даже не поймут, о чем их спрашивают.
Первая крупная книга Калашникова, с которой все началось – Сломанный меч Империи. Я посмотрел в интернете, впервые она была издана в 1998 году, но широкое распространение получила в нулевые.
Что в этой книге (и ее сиквелах) было нового для того времени
1. Калашников, на мой взгляд, первым из крупных и популярных авторов выводит фигуру Сталина из исторического небытия и говорит, что Сталин это не прошлое, а будущее. В сегодняшней страшной ситуации сталинского ренессанса – думаю, он, а не Суворов, не Мухин, не Прудникова – был зачинателем. Калашников первым сказал, что сталинизм можно и нужно возвратить, а не просто спорить о том кто тогда был прав.
2. Калашников первым отрефлексировал «ренессанс ВПК» и популяризировал идею перевооружения, к которой всю Перестройку и все девяностые люди относились очень прохладно (жрать нечего, а вы про танки!)
3. Калашников первым сместил фокус с дефицитов советского времени и хронической неспособности советской экономики обеспечить население даже самыми порой простыми вещами – на достижения ВПК, которыми можно и нужно гордиться. И которые были отменены или порезаны на металл. Тем самым – он фактически обесценил плоды экономических реформ предыдущих 15 лет, которые как раз были нацелены на наполнение полок потребительскими товарами – и достигли своего результата. Но тут выходит Калашников и кричит – да, но мы потеряли производство Белых Лебедей! Каких еще лебедей? А Ту-160. И учитывая то что насущные потребительские проблемы были решены – Калашников очень кстати и очень вовремя поднял эту тему, завоевав внимание аудитории
4. Калашников одним из первых, если не первым – начал продвигать «катастрофическое сознание». В его понимании – Россия просто не должна была дожить до 2020 года из-за массовых техногенных катастроф и проедания советского задела. Одновременно с этим он первым или одним из первых заговорил о неизбежности катастрофы Запада. Таким образом, именно Калашников был пионером в строительстве катастрофического и апокалиптического мышления в российском обществе, в том числе в элите.
5. Калашников одним из первых, если не первым – начал говорить о восстановлении СССР. Этой темы он касается мельком, но. В его книгах – его страна называется СССР-2, во главе ее – не президент или генсек, а Верховный (всегда с большой буквы). В этой стране свирепствует тайная полиция, разыскивая воров и коррупционеров. Выборы есть, но у каждого избирателя количество голосов разное. Кстати тут Калашников проявляет немалую наивность – например, у выдающихся конструкторов и ученых – 1000 голосов. Мне кажется, в реальности, вспоминая например Сахарова, атмосферу шарашек, а потом и НИИ – для того же Верховного результаты таких выборов были бы большим и неприятным сюрпризом.
6. Калашников много говорит о непризнанных изобретателях – но в реальности он не создал и не помог создать никакой венчурной инфраструктуры, чтобы эти изобретения помочь воплотить в жизнь и заработать на этом. Опять – типичная совчина.
В целом – на мой взгляд Калашников сыграл большую, сильно недооцененную роль в ресталинизации, милитаризации нашего общества, внедрении в умы простых людей катастрофического сознания и обесценивания нормальной, мирной жизни.

В поздних работах – Калашников поднял во многом противоречащую ресталинизации идею строительства русской нации через создание некоего аналога египетских Братьев-мусульман, как бы агрессивной диаспоры русских в своей же собственной стране. Что ж, я довольно плотно изучал Египет и Братьев-мусульман в связи с изучением конкретных практик распространения радикального ислама и индоктринации радикальным исламом иностранных (в том числе русских) студентов. Но если посмотреть шире – то трагедия современного Египта во многом обусловлена как раз наличием братьев-мусульман. Египет оказался неспособным ни к капиталистической, ни к социалистической модернизации именно из-за наличия в стране раковой опухоли Братьев-Мусульман. Братья – мусульмане – это и политическая и религиозная организация, и они принципиально отрицают модернизацию, потому что их идеал – общество живущее по шариату (средневековью). При этом – в египетском обществе существуют и мощные общественные силы модерна, но они не могут победить Братьев-Мусульман раз и навсегда и поэтому политическая система Египта обречена на диктатуру, что сообщает ей неэффективность и коррумпированность. Но и Братья-мусульмане не могут стать иными, потому что именно ислам обеспечивает их и ревностными сторонниками и местами для пропаганды. Крайняя попытка установить в Египте реальную демократию – привела к победе Братьев-мусульман на выборах, отсутствию проекта развития, беспорядкам, новому военному перевороту (всего через год) и новому отцу нации - маршалу Ас-Сиси, который клялся что пришел на один срок, но тут же продлился до 2032 года. И все это привело к новой мощной волне эмиграции из страны и горькой шутке «будущее Египта – в Канаде». Образованная молодежь, отчаявшись изменить что-то к лучшему просто уезжает.
Это же может ждать и нас.