Человек из Буэнос-Айреса
Первую часть (до марта 1917 года) почти дописал.
Лондон, Британская Империя
Апрель 1912 года
Два года спустя. Я – в Лондоне. Городе подземной железной дороги, кэбов, сажи на стенах от многочисленных каминов, джентльменов и банков. Не самый худший город, если так подумать. Но и не самый лучший, однозначно.
Я был в Лондоне несколько раз, Лондон – это город моего детства, мы какое-то время жили здесь когда отец принужден был выехать из страны. И вот – я вернулся сюда уже взрослым – во многом в другой город…
Лондон моего детства, это город людей и лошадей, тогда все либо ходили пешком, либо имели или нанимали экипаж. Все улицы были замощены и не торцами, как в Санкт-Петербурге, а камнем. Постоянный грохот подкованных копыт и экипажей, щелчки кнута, крики кучеров – громадных, красномордых, кутающихся во что попало. Нескончаемое движение толпы на тротуаре, тогда можно было по одежде сразу понять, кто есть кто.
Первый раз отец взял меня на конку, мы поднялись на второй, открытый этаж и неспешно плыли по людскому морю шляп и картузов. Полисмены регулировали движение, я в первый раз увидел лондонского полисмена.
Было дико шумно. Оркестры и всякие уличные музыканты играли не только в парках и по праздникам – а везде где придется. Дико вопили торговцы у своих лавок, оповещая всех о своем товаре – тогда больших магазинов не было и каждый торговал своим. Тогда была зима – и каждый день я подбегал к окну наемной квартиры, чтобы увидеть все никак не появляющийся снег…
Здесь было много странностей. Например, кровати, почему то были такие высокие, что были специальные подставки – лесенки чтобы забраться на них. Печей не было – топили камины, а в камины ставили такие специальные жаровни, которые потом брали в свою комнату. Не было и бань – вместо них мылись в поясных ваннах, в которых ведрами подливали воду. Все это было конечно очень странно.
Поражало количество газет – их распространяли мальчишки примерно моего возраста, на ходу выкрикивая новости. В газетах обсуждались самые разные новости, много говорили о железных дорогах – тогда они только начинали развиваться. Помню умильное лицо нашей первой квартирной хозяйки, когда я читал вслух отцу английскую газету. Еще здесь были синематографы – в России их тогда не было. Назывались они почему-то «биоскопы». Но тогда народ в основном ходил в театры и мьюзик-холлы …
Лондон сегодняшний – совсем другой. Много иностранцев – сейчас даже поезда на континент ходят, переправляясь через Английский пролив на пароме. Старомодные конные экипажи и кэбы уступают место автомобилям, да и не так шумят – сейчас все шины ошинованы каучуком. Лавок стало намного больше, в них продаются товары со всего мира, а после того как отменили пошлину на кофе – рабочий класс начинает утро с кофе и пудинга, а не хорошей порции грога.
Это крупнейший город на земле, в нем проживает более семи миллионов человек. Ввиду этого жить тут достаточно тяжело – тут очень большие расстояния, скученная жизнь, довольно грязно. Город этот расположен чуть ли не севернее Петербурга, но зимы тут почти нет, снег бывает редко и Темза никогда не замерзает. Жилье дорогое и странное – большинство жителей ютится в страшноватых ночлежках, но кто имеет деньги – либо снимает комнату, либо весь дом. Дома тут все кирпичные, деревянных нет. И по-прежнему камины вместо печей – даже голландок тут нет. Зимой я сильно мерз и простудился, как и все англичане, в русской избе такого бы не случилось.
Это один из крупнейших портов на земле и столица величайшей в истории Империи. Десятки пароходов и клиперов каждый день разгружаются в порту, доставляя товары со всех уголков земли. Даже работяги здесь пьют чай и кофе. Здесь распространена игра в футбол – странное занятие, когда два десятка человек бегают по полю, толкаясь и пихаясь, и пинают ногами круглый «мяч», довольно большой, пытаясь загнать его в одни из двух ворот на разных концах поля. Игра эта в основном для простых людей, аристократы предпочитают конное поло, греблю и скачки. Сам король выставляет лошадей на скачки в Аскоте и азартно болеет.
Еще здесь есть права. Лондон – конечная станция для смутьянов со всей Европы, здесь жил Карл Маркс, жили и живут русские социалисты. Здесь нельзя ни преследовать ни арестовать человека за его убеждения – и поэтому они здесь живут, пишут свои статейки в газеты и гадят любым иным способом. Я полагаю, что подобное безобразие лучше бы прекратить.
Я подвизался при американском посольстве, но так – задачи у меня были разные. Сегодня, например – меня пригласили выступить в Скотланд-Ярде, прочитать лекцию на тему: социалисты и борьба с ними. На встрече присутствовали Ричард Эдвард Генри*, начальник полиции и Вернон Келл, начальник только создаваемой контрразведки…
Лекция должна была состояться в самом Скотланд-Ярде, куда я прибыл на кэбе, как делают и все жители Лондона – выезд тут дорог, его мало кто держит, проще пользоваться кэбами и иным общественным транспортом, которого тут полно. Меня радушно встретили, провели в кабинет и предложили чая. И даже не обыскали – я мрачно подумал, что этих ребят еще жареный как следует не клевал.
- Джентльмены – начал я, когда все расселись по местам – прежде всего, позвольте заметить, что то что я собираюсь говорить, основано на моем личном опыте, и личных воззрениях. Кому-то из вас они покажутся неприемлемыми и скандальными, но в конце концов, вы сами пожелали меня выслушать.
- Мы это понимаем, мистер Росс – нетерпеливо сказал Генри
- Итак – социализм – это крайне злобное и жестокое учение о социальном восстании во имя справедливости, перенимающее и во многом извращающее часть христианского учения
Послышался ропот
- Господа, я предупредил о своих взглядах
Генри на правах хозяина кабинета свирепо посмотрел на собравшихся
- … наиболее жестокая и злодейская форма социализма проросла в Российской Империи, что связано как с долгим отсутствием публичной политики и политических прав, так и изначальной склонности некоторой части русских ко злу. Однако, социализм занимает значимое место и в других странах, питаясь, где национальными чувствами, где чувством униженности и бесправия. Видимо, в будущем мы увидим как минимум два варианта социализма – один будет призывать к восстанию во всемирном масштабе, другой – только в одной стране.
…
- Наряду с Марксом и Энгельсом немалый вклад в развитие социалистических теорий внесли русские. Например, учитель по фамилии Нечаев составил целый трактат, из которого следует, что настоящий социалист революционер обязан причинять вред государству и обществу везде, где только возможно, поскольку, чем хуже, тем лучше. То есть, чем хуже живут люди, тем больше вероятность антиправительственного восстания.
Собравшиеся снова не выдержали, загудели
- Это… безумие – сказал Генри – так не живут.
- Увы, но именно так живут социалисты. Так же Нечаев говорил, что любой революционер должен быть готов к любому виду наказания, в том числе и к смертной казни, а так же что есть два типа революционеров, первого и второго сорта. Те, кто первого сорта – должны оставаться в тени и направлять действия революционеров второго сорта, жизни которых – расходный материал в деле достижения социальной революции.
…
- Есть так же Кропоткин и Бакунин, анархисты, которые считают, что любая собственность есть кража и любой государство – угнетение. Социалисты так не считают – но и они мечтают отменить все виды собственности, отнять все имущество, какое только есть. В их понимании каждый имеет право пользоваться любым имуществом по праву принадлежности к человеческому сообществу, а фабрики должны быть отняты и принадлежать тем, кто на них работает.
Не выдержал суперинтендант криминального отдела
- Позвольте, сэр. Вот моя трубка, к примеру. Что, социалисты считают, что не только я, но и другие должны иметь право ее курить?
- Полагаю, сэр, даже социалисты не собираются обобществлять личные вещи. Однако, если у вас есть дом, они могут подселить к вам кого то или вовсе вас выгнать
- Но по какому праву! - возмутился суперинтендант криминального отдела
- Сэр, социалисты считают, что то, что вы живете в доме в то время как есть бездомные – есть повод перераспределить собственность для примерного равенства. Что касается вас – а так же всех здесь присутствующих – в случае прихода социалистов к власти вы все будете жестоко убиты
Собравшиеся снова загудели
- В России убито уже два министра внутренних дел, полицейские отказываются стоять на улицах, потому что к ним могут подойти и выстрелить. Это делают простые студенты и рабочие – берут револьвер и идут убивать полицейских
- Но позвольте – не выдержал суперинтендант Сити – в таком случае они будут повешены
- В России повешено уже несколько сотен, возможно даже тысяч человек. Чрезвычайные военные суды порой приговаривают человека к смерти за десять минут. Многие восходят на эшафот с улыбкой, веря в то, что они жертвуют своими жизнями ради свободы. Сэр, я уже упоминал – социалисты считают, что ради будущего надо жертвовать своими жизнями.
- Позвольте, сэр – заговорил Вернон Келл – по-моему, вы сгущаете краски. Россия – дикая и жестокая, нецивилизованная страна, как можно ее сравнивать с нашей.
- Сэр, Карл Маркс написал, что революция будет именно в Великобритании. Он жил здесь и видел происходящее собственными глазами
…
- Впрочем, я тоже сомневаюсь, что начнется именно здесь, скорее это будет Германия, но потом зараза может перекинуться и сюда. Надо быть готовыми.
- И что же нам делать сэр? – спросил Генри
- Готовиться. Например, почему ваши полицейские не вооружены? Это очень плохо
Генри со снисходительной улыбкой начал пояснять
- Сэр, здесь не Россия и не Америка. Наши бобби не вооружены, потому что в этом нет никакой необходимости. Здесь все, даже самые жестокие пьяницы и бузотеры признают полицейскую власть и необходимость порядка. К тому же – обучение владению оружием требует значительного времени, которое будет потрачено чаще всего впустую.
- Сэр, вы меня не поняли – сказал я – социалисты готовы жертвовать своими жизнями и забирать ваши, эти люди не признают никакой порядок, для них государство безусловный враг. Что касается затраты времени на обучение владению оружием – оно поверьте прекрасно окупается.
С этими словами я достал из кармана пистолет и положил на стол
Собравшиеся переглянулись
- Сэр, зачем вы взяли сюда пистолет? – сказал Генри – мы и не знали, что он у вас есть
- В том то и дело – сказал я – меня не обыскали на входе, и если бы я был социалистом, вы все были бы мертвы. Прийти и застрелить – известный метод действий социалистов, не раз ими применявшийся. Джентльмены, пора осознать ту степень опасности, которой вы подвергаетесь, и забыть о благодушии…
- Хорошо – прервал меня Келл – что вы предлагаете?
- Немедленно поставить всю социалистическую пропаганду вне закона, составить списки социалистов в Лондоне и других городах и предложить им выехать из страны под угрозой ареста и выдворения.
- Сэр – сказал Генри – может, мы бы и согласились с вами, да Парламент не согласится. У людей есть право высказывать свое мнение, каким бы оно ни было. И мы не можем выгонять людей просто потому, что нам не нравятся они или их взгляды. Иначе чем же мы будем отличаться от азиатской деспотии?
- Сэр, эти люди пропагандируют преступления в масштабе, каких свет еще не видывал. По сути, они предлагают ограбить всех и сразу.
Комиссионер вздохнул
- Нельзя сказать, что я с вами не согласен, сэр. Но… Парламент все же не согласится.
- В таком случае готовьтесь!
…
- Создавайте при каждом полицейском участке хотя бы вооруженную группу полицейских с армейскими винтовками, может быть нашими скорострельными дробовиками и хорошими пистолетами. Они должны быть готовы к отражению групп бандитов и экспроприаторов с динамитом и пистолетами. Подготовьте хорошие армейские части на случай массовых выступлений. Наведите контакты с частными и железнодорожными** детективами. Иначе – вы будете полностью не готовы, когда начнется мятеж, и вы потеряете страну. То что создавалось столетиями – может рухнуть в одночасье.
- Хорошее выступление, мистер Росси
- Благодарю
- Мы всегда ценили опыт Пинкертона.
- Сэр, опыт британской индийской полиции тоже крайне интересен. Ваша классификация отпечатков пальцев известна и за океаном
- Да… Но вы не… преувеличиваете опасность?
- Скорее, сглаживаю углы, сэр. В США тоже начинается нечто подобное России, Бог знает, к чему это приведет***.
- Очень рад был познакомиться
- Взаимно, сэр.
- Если потребуется, помощь…
- Благодарю, сэр…
Следующим был майор Вернон Келл. В отличие от Генри – человек с явно военной косточкой, что-то было в нем… неприятное.
- Мистер Росси… послушал вас с удовольствием
- Благодарю вас, сэр.
- Вас не затруднит…
…
- Одна важная персона хочет с вами переговорить
- Персона?
- В Старом ковре, сэр. Надеюсь, вас не затруднит?
Я прищурился
- Это такая важная персона, что она не может посетить посольство или визитку прислать****?
- О, несомненно, сэр.
- Что ж, в таком случае не будем заставлять эту персону ждать.
Майор Келл как оказалось, не имел собственного экипажа – британская контрразведка, как и разведка, прозябала в безвестности, бюджетных ограничениях и упорного нежелания англичан хоть как то ограничить свое право privacy. Британцы просто помешаны на своих правах и privacy – одно из них, у него даже нет адекватного перевода на русский язык. Право privacy – это право полной закрытости своей личной жизни от любого вмешательства. Один из самых распространенных страхов англичан – страх, что за ними следят.
Кстати, еще лет тридцать назад, был тут такой случай. В Лондоне действовала банда налетчиков, один из сыщиков переоделся в бандита, пошел в притон, где собиралась всякая уличная шваль, и за вечер вынюхал – все имена, и где банда прячется. За это он получил нагоняй от начальства и наставление, что британская полиция никогда не прибегала, и не будет прибегать к столь бесчестным способам ловли преступников.
- Мистер Келл – спросил я, управляя автомобилем
- Да – отозвался Келл
- Что вы думаете о моем выступлении?
Майор Келл не сразу ответил
- Что я думаю? Вы уж меня извините, мистер Росси, но вы – американец.
- И я не прав, выходит.
- Дело не в этом. Мы здесь, на своем острове привыкли решать и устраивать дела по-своему. Мы – остров, а перед нами – континент.
…
- Когда мы боролись за права и привилегии – мы делали это для себя. Но сейчас – здесь слишком много чужаков стало. Одни приехали для того чтобы сеять разрушения, революции и войны. Другие – чтобы бороться с ними и учить бороться нас.
…
- Ваше выступление… ценно, мистер Росси. Но идя по предложенному вами пути, мы потеряем нечто ценное для нас. Нечто, что составляет саму суть нашей жизни.
…
- Хотя возможно, что и выбора у нас нет.
Старый ков ер, The Rag***** – это Клуб офицеров армии и флота. Британцы помешаны на клубах, ни в одной другой стране такого увлечения клубами нет. Взрослый мужчина – британец может проводить в клубе большую часть своего свободного времени. Клуб – это место для встречи мужчин объединенных общей идеей или прошлым. Есть, например Travellers – клуб для тех, кто совершил путешествие от Лондона на пятьсот миль в любую сторону, там любят проводить время шпионы. Есть клуб «реформа», политический… в общем, клуб это особняк с закрытым членством, с ежегодными взносами - за них вы получаете право находиться здесь, обедать и ужинать, доступ к вину из погребов клуба, некоторые клубы имеют даже комнаты чтобы переночевать если надо******. Понятно, что все это оплачивается отдельно. Членство в клубе, кстати, имеет вполне понятное преимущество для многих – оно позволяет не вести домашнее хозяйство в городе, не нанимать экономку и слугу – но при этом получать не худший уровень обслуживания. В Клубе – не будет скандалов, не будет неприятных и раздражающих личностей – что англичане особенно ценят, так как еще один страх англичанина – оконфузиться.
Попасть туда непросто, так например, я мог бы много рассказать членам Travellers – да кто ж меня туда пустит, я ж парвеню, американец с непонятным происхождением. Вряд ли пустят меня и сюда без проблем…
Так кстати и вышло. Меня не пустили. Крайне раздраженный Келл сначала доказывал, что он имеет право как член клуба привести одного гостя, и это есть в правилах – но что-то в госте, то есть во мне не устраивало привратников, и они говорили, что гость не должен раздражать других членов клуба. Потом, Келл просто послал наверх, к той персоне, к которой мы шли – и только тогда меня пропустили. Снобизм высшей пробы господа – и в этом все англичане и все джентльмены. Они считают тех, кто не джентльмен – людьми второго сорта
Раздраженный препирательствами у входной двери, я в свою очередь подумал, что если бы эти напыщенные франты знали, сколько их жен, невест, племянниц, дочерей и прочих представительниц слабого пола соблазнились на предложение научить их танцевать танго – они бы относились ко мне несколько иначе. Как говорится, меня ненавидели не все присутствующие, а только половина.
Другая же половина – женщины…
Впрочем, я бы не стал говорить о какой-то особенной развратности британских женщин. Нелегко им приходится в стране, где столько содомитов.
Мы поднялись на второй этаж где была библиотека и закрытые комнаты для того чтобы члены клуба могли поговорить наедине. Вернон Келл постучал в одну из них и в ответ на донесшееся ворчание открыл дверь
- Прошу, сэр
Я зашел. Комната была небольшой, хорошо обставленной. Стол, стулья, камин, на стенах – картины. У камина – сидел, грелся хорошо одетый толстяк, тогда еще не знакомый всей Англии…
- Первый морской лорд, восьмой герцог Мальборо. Мистер Росси – представил нас как положено Келл*******
- Ваше высочество…
- Я не высочество, а превосходительство – заявил Черчилль – но американцу простительно не знать. Садитесь.
…
- Что вы предпочитаете – виски, шерри? Шампанское?
- Для крепких напитков рановато
Черчилль рассмеялся
- Чушь. Здесь превосходный шерри, поверьте.
Подошел служитель, Черчилль распорядился за всех
- Итак… мистер Росси…
…
- Мистер Келл кое-что рассказал про вас. Надо сказать впечатляет
- Что именно, сэр
- Многое. Вы детектив?
- Стараюсь им быть, сэр.
- Стрелять умеете?
- Немного.
- Не прибедняйтесь. Вы отличный стрелок
- На утиной охоте я вряд ли покажу класс.
- А это и не требуется. Впрочем, потом…
Принесли шерри. Черчилль сам разлил вино по бокалам, я кстати заметил одну из доминирующих черт его характера – нетерпеливость. Он не терпел был в стороне от событий, или когда события развиваются слишком медленно
- Ну, как? – он сам продегустировал вино и уставился на меня
Я сделал то же
- Не так плохо, сэр
- Не так плохо?! – удивился Черчилль – что же тогда, по-вашему, хорошо?
- Кентуккийский бурбон. Русская водка или полугар. Но не так рано.
Черчилль поднял руки
- Я сдаюсь. У нас с вами разные вкусы
- Вероятно так, сэр – согласился я
- Но полагаю, методы решения проблем у нас в чем-то схожи…
- Не могу ничего сказать насчет этого, сэр.
- Я предпочитаю решать проблему, если это возможно. А не замалчивать и не забалтывать ее в газетах.
- Разумно, сэр.
- В таком случае… Вернон?
Вернон Келл положил на стол папку
- Нам стало известно – не спрашивайте, откуда – что определенные круги близкие к германскому Генеральному штабу готовят серьезную провокацию. Очень серьезную провокацию…
Видимо, на моем лице ничего не отразилось, и Черчилль решил добавить
- Провокацию чреватую большой войной на континенте…
В то время – призрак большой войны уже витал над континентом, но сама война как потом выяснится – разразилась ровно тогда, когда все решили – пронесло…
Не только Германия и Великобритания – Франция и Великобритания тоже, несмотря на нахождение формально в одном блоке – ссорились между собой. Причиной было желание Франции отхватить себе кусок побольше в Африке и нежелание Англии, чтобы Франция это сделала.
Сербия искала себе выход к морю, в то время как Австро-Венгрия старалась любой ценой этого не допустить. Одновременно Сербия рвалась как на Запад, так и на Юг – но на Юге ее ждали интересы Болгарии, Греции и Турции, а на Западе – Австро-Венгрии и Италии.
В свою очередь Болгария спорила как с Сербией за Македонию, так и с Грецией за Салоники. Только чудо и час времени – помешали Салоникам стать болгарскими, хотя можно было предположить, что если Болгария тогда успела первой – это могло бы стать поводом к войне. Или – к международной конференции на которой Болгарию и стоящую за ней Россию в очередной раз обобрали бы.
Италия претендовала на Ливию, которая принадлежала Турции и Фиуме, которое принадлежало Австро-Венгрии. В свою очередь в Вене не забывали, что еще совсем недавно им принадлежал даже Милан.
Россия претендовала на возможно большую часть Персии. В Европе она вроде как ни на что не претендовала – но польский вопрос висел неразрешенным почти три четверти столетия. В свою очередь национальные чувства Германии ставили под вопрос принадлежность всей Прибалтики, да и в целом лояльность многочисленных русских немцев.
Кроме того, Россия претендовала на покровительство над Балканами, и ей удалось сколотить коалицию из балканских стран, которая нервировала все остальные европейские державы.
А еще – постоянные войны за османское наследство приводили к тому, что как только начиналась очередная – султан перекрывал Проливы, на что имел право – и в Одессе оставалось гнить многочисленное русское зерно. Подобная ситуация – сама по себе порождала требования России если не на Константинополь – то на контроль Проливов, которые становились для России и ее экспорта жизненно важными. В то же время – все великие державы прямо или косвенно участвовали, когда надо было перекрыть России и ее сателлитам прямой доступ к Средиземному морю в обход Проливов. Последний раз – так обкорнали победившую Болгарию. Все, и даже формальные союзники России понимали: Проливы – есть то немногое что может контролировать и сдерживать Россию. А сдерживать ее считали нужным все.
Великобритания – и так приобрела статус профессиональной заступницы за османов – но каждый раз, не давая откусить от нее кусок, откусывала кусок сама. Так в короне ее владений – появился остров Крит…
Но тогда не было никакой определенности – может это и не давало начаться войне. Главная неопределенность – все прекрасно понимали всю надуманность вражды между Англией и Германией. Причин было две – флот и конкуренция промышленников. В остальном же – германская и британская аристократия были крайне тесно связаны, родственно да и в целом – вся европейская аристократия кроме русской – старательно взращивала в себе качества джентльменов. Но и покоя не было – многочисленные нерешенные споры и кризисы постоянно давали о себе знать, прорываясь то тут то там – то кто-то кого-то оскорбил, то канонерская лодка зашла не туда, то еще какое происшествие. Несмотря на то, что сейчас наиболее агрессивной страной считают Германию – можно сказать, что до всего этого только Франция твердо намеревалась воевать за устранение несправедливости с Эльзасом и Лотарингией. Да Сербия совершенно точно хотела реализовать свой национальный проект, собрав всех южных славян под одним флагом. Остальных – скорее устраивал мир, хотя и с оговорками…
Тогда ведь еще никто не верил, что большая война вообще возможна. Этому противоречило всё – и два поколения, которые не знали больших войн (последний передел Европы прошел при Бонапарте и он же –знаменовал окончательный уход с политической сцены средневековья) и стремительное экономическое развитие, и становящаяся все более важным фактором в политике международная торговля. Раньше ведь страны производили сами что потребляли, торговля была – но ограниченная. Сейчас же – в Европе, в Великобритании впервые за всю человеческую историю появился класс людей, готовых постоянно потреблять товары со всего света. Чай, фрукты, хлопковая одежда******** – список постоянно расширялся. В этих условиях – как воевать, кому это нужно? Все же зависят друг от друга*********.
Верил ли я в войну на континенте? Нет, не верил. И никто тогда не верил.
- Провокацию чреватую большой войной на континенте…
…
- Вернон.
Вернон Келл достал записную книжку
- Группа лиц, близких к прусскому Ландтагу – намеревается с целью общей дестабилизации ситуации и создания casus belli совершить некий террористический акт в Европе, долженствующий обострить обстановку и создать ситуацию, при которой великим державам будет трудно отказаться от войны, ибо затронута будет их честь. Теракт – будет совершен на фоне войны на Балканах, которая неизбежно начнется осенью этого года. С этой целью они намереваются нанять профессионального убийцу, который и совершит нужное этим людям злодейство.
Келл вопросительно посмотрел на меня
- Джентльмены, с какой стати вы мне это рассказываете? – спросил я – уж не думаете ли вы что я причастен к этому
- Мистер Росси – сказал Черчилль – к сожалению, мы столкнулись с проблемой, какую не можем разрешить. Остановить этих людей обычными средствами невозможно. Арест ничего не даст, злой умысел недоказуем, к тому же за этими людьми стоит целое государство. Их можно только убить. Точнее застрелить. В то же самое время, у нас нет ни одного человека, который смог бы это сделать.
- В Великобритании нет ни одного человека кто умел бы стрелять? – поинтересовался я
Черчилль был предельно серьезен
- У нас есть солдаты и матросы, которые превосходно стреляют. Черт возьми, я сам стрелок не из последних. Проблема в том что у них на лице написано – я англичанин. Никто из них не владеет нужными языками
- И вы решили привлечь меня? – скептически сказал я – благодарю, сэр, но с какой стати? Наймите бандитов как французы делают.
- С бандитами иметь дело опасно, они возьмут деньги и не выполнят работу. А ставки крайне высоки
- Но почему вы решили, что я соглашусь?
Келл сказал
- Мы полагаем, что убийца, которого решили нанять – Влад Македонец. Мы осмелились предположить, что у вас по-прежнему есть личные счеты к этому человеку. И что вы не откажетесь от возможности отомстить.
* Сэр Ричард Эдвард Генри, первый баронет Генри – комиссионер (начальник) полиции (Metropolitan Police of London) с 1902 по 1918 годы, в 1901 году создал «Отдел криминальных расследований» (то есть первый отдел профессиональных сыщиков на службе государства), до того генеральный инспектор полиции Бенгали. Одним из первых в мире классифицировал и наладил сбор отпечатков пальцев, так же впервые создал службу профессиональных собак – ищеек. Помимо того – он впервые приобрел для полиции печатную машинку и провел в Скотланд-Ярд телефон
** В то время железнодорожные детективы численностью и выучкой превосходили полицию, потому что имели место массовые хищения грузов
*** США избежали судьбы России, потому что президент Тафт, а за ним и Вильсон – начали активно внедрять рабочее и социальное законодательство, перехватывая повестку дня социалистов. Тафта его партия считала предателем за это
**** Прислать визитку – приглашение посетить дом
***** Точный перевод другой - тряпка, хотя смысл этот
****** В современном клубе офицеров армии и флота есть даже своя… парикмахерская
******* Черчилль был первым морским лордом до декабря 1912 года, его сменил принц Луис Маунтбэттен, отец будущего последнего вице-короля Индии. Откуда Келл и Черчилль знали друг друга? Уинстон Черчилль с юных лет был на переднем крае, скорее всего, выполнял задания разведки. Был министром внутренних дел. И будучи премьером, он требовал необработанные разведданные – ему самому доставляло удовольствие интерпретировать их. Черчилль постоянно ходил в цирк (офис разведки), с этим связана история. Молодая девушка, стоявшая на входе, не узнала его и буквально вытолкала взашей, ударив сумочкой. Сам Черчилль воспринял это происшествие с юмором и подарил девушке дорогую сумочку
******** Хлопок стал первым глобальным товаром (хотя есть люди, которые считают, что первым глобальным товаром стал чай) и создал первый глобальный рынок с разделением производства, переработки, финансирования и кредитования. Причем это была не только одежда – хлопок был нужен для производства взрывчатки. Россия до начала 20 века полностью зависела от США по закупкам хлопка
********* Зловещий урок, который не мешало бы нам помнить и теперь. В критической ситуации – политика побеждает экономические интересы и это очень и очень опасно.
Лондон, Британская Империя
Апрель 1912 года
Два года спустя. Я – в Лондоне. Городе подземной железной дороги, кэбов, сажи на стенах от многочисленных каминов, джентльменов и банков. Не самый худший город, если так подумать. Но и не самый лучший, однозначно.
Я был в Лондоне несколько раз, Лондон – это город моего детства, мы какое-то время жили здесь когда отец принужден был выехать из страны. И вот – я вернулся сюда уже взрослым – во многом в другой город…
Лондон моего детства, это город людей и лошадей, тогда все либо ходили пешком, либо имели или нанимали экипаж. Все улицы были замощены и не торцами, как в Санкт-Петербурге, а камнем. Постоянный грохот подкованных копыт и экипажей, щелчки кнута, крики кучеров – громадных, красномордых, кутающихся во что попало. Нескончаемое движение толпы на тротуаре, тогда можно было по одежде сразу понять, кто есть кто.
Первый раз отец взял меня на конку, мы поднялись на второй, открытый этаж и неспешно плыли по людскому морю шляп и картузов. Полисмены регулировали движение, я в первый раз увидел лондонского полисмена.
Было дико шумно. Оркестры и всякие уличные музыканты играли не только в парках и по праздникам – а везде где придется. Дико вопили торговцы у своих лавок, оповещая всех о своем товаре – тогда больших магазинов не было и каждый торговал своим. Тогда была зима – и каждый день я подбегал к окну наемной квартиры, чтобы увидеть все никак не появляющийся снег…
Здесь было много странностей. Например, кровати, почему то были такие высокие, что были специальные подставки – лесенки чтобы забраться на них. Печей не было – топили камины, а в камины ставили такие специальные жаровни, которые потом брали в свою комнату. Не было и бань – вместо них мылись в поясных ваннах, в которых ведрами подливали воду. Все это было конечно очень странно.
Поражало количество газет – их распространяли мальчишки примерно моего возраста, на ходу выкрикивая новости. В газетах обсуждались самые разные новости, много говорили о железных дорогах – тогда они только начинали развиваться. Помню умильное лицо нашей первой квартирной хозяйки, когда я читал вслух отцу английскую газету. Еще здесь были синематографы – в России их тогда не было. Назывались они почему-то «биоскопы». Но тогда народ в основном ходил в театры и мьюзик-холлы …
Лондон сегодняшний – совсем другой. Много иностранцев – сейчас даже поезда на континент ходят, переправляясь через Английский пролив на пароме. Старомодные конные экипажи и кэбы уступают место автомобилям, да и не так шумят – сейчас все шины ошинованы каучуком. Лавок стало намного больше, в них продаются товары со всего мира, а после того как отменили пошлину на кофе – рабочий класс начинает утро с кофе и пудинга, а не хорошей порции грога.
Это крупнейший город на земле, в нем проживает более семи миллионов человек. Ввиду этого жить тут достаточно тяжело – тут очень большие расстояния, скученная жизнь, довольно грязно. Город этот расположен чуть ли не севернее Петербурга, но зимы тут почти нет, снег бывает редко и Темза никогда не замерзает. Жилье дорогое и странное – большинство жителей ютится в страшноватых ночлежках, но кто имеет деньги – либо снимает комнату, либо весь дом. Дома тут все кирпичные, деревянных нет. И по-прежнему камины вместо печей – даже голландок тут нет. Зимой я сильно мерз и простудился, как и все англичане, в русской избе такого бы не случилось.
Это один из крупнейших портов на земле и столица величайшей в истории Империи. Десятки пароходов и клиперов каждый день разгружаются в порту, доставляя товары со всех уголков земли. Даже работяги здесь пьют чай и кофе. Здесь распространена игра в футбол – странное занятие, когда два десятка человек бегают по полю, толкаясь и пихаясь, и пинают ногами круглый «мяч», довольно большой, пытаясь загнать его в одни из двух ворот на разных концах поля. Игра эта в основном для простых людей, аристократы предпочитают конное поло, греблю и скачки. Сам король выставляет лошадей на скачки в Аскоте и азартно болеет.
Еще здесь есть права. Лондон – конечная станция для смутьянов со всей Европы, здесь жил Карл Маркс, жили и живут русские социалисты. Здесь нельзя ни преследовать ни арестовать человека за его убеждения – и поэтому они здесь живут, пишут свои статейки в газеты и гадят любым иным способом. Я полагаю, что подобное безобразие лучше бы прекратить.
Я подвизался при американском посольстве, но так – задачи у меня были разные. Сегодня, например – меня пригласили выступить в Скотланд-Ярде, прочитать лекцию на тему: социалисты и борьба с ними. На встрече присутствовали Ричард Эдвард Генри*, начальник полиции и Вернон Келл, начальник только создаваемой контрразведки…
Лекция должна была состояться в самом Скотланд-Ярде, куда я прибыл на кэбе, как делают и все жители Лондона – выезд тут дорог, его мало кто держит, проще пользоваться кэбами и иным общественным транспортом, которого тут полно. Меня радушно встретили, провели в кабинет и предложили чая. И даже не обыскали – я мрачно подумал, что этих ребят еще жареный как следует не клевал.
- Джентльмены – начал я, когда все расселись по местам – прежде всего, позвольте заметить, что то что я собираюсь говорить, основано на моем личном опыте, и личных воззрениях. Кому-то из вас они покажутся неприемлемыми и скандальными, но в конце концов, вы сами пожелали меня выслушать.
- Мы это понимаем, мистер Росс – нетерпеливо сказал Генри
- Итак – социализм – это крайне злобное и жестокое учение о социальном восстании во имя справедливости, перенимающее и во многом извращающее часть христианского учения
Послышался ропот
- Господа, я предупредил о своих взглядах
Генри на правах хозяина кабинета свирепо посмотрел на собравшихся
- … наиболее жестокая и злодейская форма социализма проросла в Российской Империи, что связано как с долгим отсутствием публичной политики и политических прав, так и изначальной склонности некоторой части русских ко злу. Однако, социализм занимает значимое место и в других странах, питаясь, где национальными чувствами, где чувством униженности и бесправия. Видимо, в будущем мы увидим как минимум два варианта социализма – один будет призывать к восстанию во всемирном масштабе, другой – только в одной стране.
…
- Наряду с Марксом и Энгельсом немалый вклад в развитие социалистических теорий внесли русские. Например, учитель по фамилии Нечаев составил целый трактат, из которого следует, что настоящий социалист революционер обязан причинять вред государству и обществу везде, где только возможно, поскольку, чем хуже, тем лучше. То есть, чем хуже живут люди, тем больше вероятность антиправительственного восстания.
Собравшиеся снова не выдержали, загудели
- Это… безумие – сказал Генри – так не живут.
- Увы, но именно так живут социалисты. Так же Нечаев говорил, что любой революционер должен быть готов к любому виду наказания, в том числе и к смертной казни, а так же что есть два типа революционеров, первого и второго сорта. Те, кто первого сорта – должны оставаться в тени и направлять действия революционеров второго сорта, жизни которых – расходный материал в деле достижения социальной революции.
…
- Есть так же Кропоткин и Бакунин, анархисты, которые считают, что любая собственность есть кража и любой государство – угнетение. Социалисты так не считают – но и они мечтают отменить все виды собственности, отнять все имущество, какое только есть. В их понимании каждый имеет право пользоваться любым имуществом по праву принадлежности к человеческому сообществу, а фабрики должны быть отняты и принадлежать тем, кто на них работает.
Не выдержал суперинтендант криминального отдела
- Позвольте, сэр. Вот моя трубка, к примеру. Что, социалисты считают, что не только я, но и другие должны иметь право ее курить?
- Полагаю, сэр, даже социалисты не собираются обобществлять личные вещи. Однако, если у вас есть дом, они могут подселить к вам кого то или вовсе вас выгнать
- Но по какому праву! - возмутился суперинтендант криминального отдела
- Сэр, социалисты считают, что то, что вы живете в доме в то время как есть бездомные – есть повод перераспределить собственность для примерного равенства. Что касается вас – а так же всех здесь присутствующих – в случае прихода социалистов к власти вы все будете жестоко убиты
Собравшиеся снова загудели
- В России убито уже два министра внутренних дел, полицейские отказываются стоять на улицах, потому что к ним могут подойти и выстрелить. Это делают простые студенты и рабочие – берут револьвер и идут убивать полицейских
- Но позвольте – не выдержал суперинтендант Сити – в таком случае они будут повешены
- В России повешено уже несколько сотен, возможно даже тысяч человек. Чрезвычайные военные суды порой приговаривают человека к смерти за десять минут. Многие восходят на эшафот с улыбкой, веря в то, что они жертвуют своими жизнями ради свободы. Сэр, я уже упоминал – социалисты считают, что ради будущего надо жертвовать своими жизнями.
- Позвольте, сэр – заговорил Вернон Келл – по-моему, вы сгущаете краски. Россия – дикая и жестокая, нецивилизованная страна, как можно ее сравнивать с нашей.
- Сэр, Карл Маркс написал, что революция будет именно в Великобритании. Он жил здесь и видел происходящее собственными глазами
…
- Впрочем, я тоже сомневаюсь, что начнется именно здесь, скорее это будет Германия, но потом зараза может перекинуться и сюда. Надо быть готовыми.
- И что же нам делать сэр? – спросил Генри
- Готовиться. Например, почему ваши полицейские не вооружены? Это очень плохо
Генри со снисходительной улыбкой начал пояснять
- Сэр, здесь не Россия и не Америка. Наши бобби не вооружены, потому что в этом нет никакой необходимости. Здесь все, даже самые жестокие пьяницы и бузотеры признают полицейскую власть и необходимость порядка. К тому же – обучение владению оружием требует значительного времени, которое будет потрачено чаще всего впустую.
- Сэр, вы меня не поняли – сказал я – социалисты готовы жертвовать своими жизнями и забирать ваши, эти люди не признают никакой порядок, для них государство безусловный враг. Что касается затраты времени на обучение владению оружием – оно поверьте прекрасно окупается.
С этими словами я достал из кармана пистолет и положил на стол
Собравшиеся переглянулись
- Сэр, зачем вы взяли сюда пистолет? – сказал Генри – мы и не знали, что он у вас есть
- В том то и дело – сказал я – меня не обыскали на входе, и если бы я был социалистом, вы все были бы мертвы. Прийти и застрелить – известный метод действий социалистов, не раз ими применявшийся. Джентльмены, пора осознать ту степень опасности, которой вы подвергаетесь, и забыть о благодушии…
- Хорошо – прервал меня Келл – что вы предлагаете?
- Немедленно поставить всю социалистическую пропаганду вне закона, составить списки социалистов в Лондоне и других городах и предложить им выехать из страны под угрозой ареста и выдворения.
- Сэр – сказал Генри – может, мы бы и согласились с вами, да Парламент не согласится. У людей есть право высказывать свое мнение, каким бы оно ни было. И мы не можем выгонять людей просто потому, что нам не нравятся они или их взгляды. Иначе чем же мы будем отличаться от азиатской деспотии?
- Сэр, эти люди пропагандируют преступления в масштабе, каких свет еще не видывал. По сути, они предлагают ограбить всех и сразу.
Комиссионер вздохнул
- Нельзя сказать, что я с вами не согласен, сэр. Но… Парламент все же не согласится.
- В таком случае готовьтесь!
…
- Создавайте при каждом полицейском участке хотя бы вооруженную группу полицейских с армейскими винтовками, может быть нашими скорострельными дробовиками и хорошими пистолетами. Они должны быть готовы к отражению групп бандитов и экспроприаторов с динамитом и пистолетами. Подготовьте хорошие армейские части на случай массовых выступлений. Наведите контакты с частными и железнодорожными** детективами. Иначе – вы будете полностью не готовы, когда начнется мятеж, и вы потеряете страну. То что создавалось столетиями – может рухнуть в одночасье.
- Хорошее выступление, мистер Росси
- Благодарю
- Мы всегда ценили опыт Пинкертона.
- Сэр, опыт британской индийской полиции тоже крайне интересен. Ваша классификация отпечатков пальцев известна и за океаном
- Да… Но вы не… преувеличиваете опасность?
- Скорее, сглаживаю углы, сэр. В США тоже начинается нечто подобное России, Бог знает, к чему это приведет***.
- Очень рад был познакомиться
- Взаимно, сэр.
- Если потребуется, помощь…
- Благодарю, сэр…
Следующим был майор Вернон Келл. В отличие от Генри – человек с явно военной косточкой, что-то было в нем… неприятное.
- Мистер Росси… послушал вас с удовольствием
- Благодарю вас, сэр.
- Вас не затруднит…
…
- Одна важная персона хочет с вами переговорить
- Персона?
- В Старом ковре, сэр. Надеюсь, вас не затруднит?
Я прищурился
- Это такая важная персона, что она не может посетить посольство или визитку прислать****?
- О, несомненно, сэр.
- Что ж, в таком случае не будем заставлять эту персону ждать.
Майор Келл как оказалось, не имел собственного экипажа – британская контрразведка, как и разведка, прозябала в безвестности, бюджетных ограничениях и упорного нежелания англичан хоть как то ограничить свое право privacy. Британцы просто помешаны на своих правах и privacy – одно из них, у него даже нет адекватного перевода на русский язык. Право privacy – это право полной закрытости своей личной жизни от любого вмешательства. Один из самых распространенных страхов англичан – страх, что за ними следят.
Кстати, еще лет тридцать назад, был тут такой случай. В Лондоне действовала банда налетчиков, один из сыщиков переоделся в бандита, пошел в притон, где собиралась всякая уличная шваль, и за вечер вынюхал – все имена, и где банда прячется. За это он получил нагоняй от начальства и наставление, что британская полиция никогда не прибегала, и не будет прибегать к столь бесчестным способам ловли преступников.
- Мистер Келл – спросил я, управляя автомобилем
- Да – отозвался Келл
- Что вы думаете о моем выступлении?
Майор Келл не сразу ответил
- Что я думаю? Вы уж меня извините, мистер Росси, но вы – американец.
- И я не прав, выходит.
- Дело не в этом. Мы здесь, на своем острове привыкли решать и устраивать дела по-своему. Мы – остров, а перед нами – континент.
…
- Когда мы боролись за права и привилегии – мы делали это для себя. Но сейчас – здесь слишком много чужаков стало. Одни приехали для того чтобы сеять разрушения, революции и войны. Другие – чтобы бороться с ними и учить бороться нас.
…
- Ваше выступление… ценно, мистер Росси. Но идя по предложенному вами пути, мы потеряем нечто ценное для нас. Нечто, что составляет саму суть нашей жизни.
…
- Хотя возможно, что и выбора у нас нет.
Старый ков ер, The Rag***** – это Клуб офицеров армии и флота. Британцы помешаны на клубах, ни в одной другой стране такого увлечения клубами нет. Взрослый мужчина – британец может проводить в клубе большую часть своего свободного времени. Клуб – это место для встречи мужчин объединенных общей идеей или прошлым. Есть, например Travellers – клуб для тех, кто совершил путешествие от Лондона на пятьсот миль в любую сторону, там любят проводить время шпионы. Есть клуб «реформа», политический… в общем, клуб это особняк с закрытым членством, с ежегодными взносами - за них вы получаете право находиться здесь, обедать и ужинать, доступ к вину из погребов клуба, некоторые клубы имеют даже комнаты чтобы переночевать если надо******. Понятно, что все это оплачивается отдельно. Членство в клубе, кстати, имеет вполне понятное преимущество для многих – оно позволяет не вести домашнее хозяйство в городе, не нанимать экономку и слугу – но при этом получать не худший уровень обслуживания. В Клубе – не будет скандалов, не будет неприятных и раздражающих личностей – что англичане особенно ценят, так как еще один страх англичанина – оконфузиться.
Попасть туда непросто, так например, я мог бы много рассказать членам Travellers – да кто ж меня туда пустит, я ж парвеню, американец с непонятным происхождением. Вряд ли пустят меня и сюда без проблем…
Так кстати и вышло. Меня не пустили. Крайне раздраженный Келл сначала доказывал, что он имеет право как член клуба привести одного гостя, и это есть в правилах – но что-то в госте, то есть во мне не устраивало привратников, и они говорили, что гость не должен раздражать других членов клуба. Потом, Келл просто послал наверх, к той персоне, к которой мы шли – и только тогда меня пропустили. Снобизм высшей пробы господа – и в этом все англичане и все джентльмены. Они считают тех, кто не джентльмен – людьми второго сорта
Раздраженный препирательствами у входной двери, я в свою очередь подумал, что если бы эти напыщенные франты знали, сколько их жен, невест, племянниц, дочерей и прочих представительниц слабого пола соблазнились на предложение научить их танцевать танго – они бы относились ко мне несколько иначе. Как говорится, меня ненавидели не все присутствующие, а только половина.
Другая же половина – женщины…
Впрочем, я бы не стал говорить о какой-то особенной развратности британских женщин. Нелегко им приходится в стране, где столько содомитов.
Мы поднялись на второй этаж где была библиотека и закрытые комнаты для того чтобы члены клуба могли поговорить наедине. Вернон Келл постучал в одну из них и в ответ на донесшееся ворчание открыл дверь
- Прошу, сэр
Я зашел. Комната была небольшой, хорошо обставленной. Стол, стулья, камин, на стенах – картины. У камина – сидел, грелся хорошо одетый толстяк, тогда еще не знакомый всей Англии…
- Первый морской лорд, восьмой герцог Мальборо. Мистер Росси – представил нас как положено Келл*******
- Ваше высочество…
- Я не высочество, а превосходительство – заявил Черчилль – но американцу простительно не знать. Садитесь.
…
- Что вы предпочитаете – виски, шерри? Шампанское?
- Для крепких напитков рановато
Черчилль рассмеялся
- Чушь. Здесь превосходный шерри, поверьте.
Подошел служитель, Черчилль распорядился за всех
- Итак… мистер Росси…
…
- Мистер Келл кое-что рассказал про вас. Надо сказать впечатляет
- Что именно, сэр
- Многое. Вы детектив?
- Стараюсь им быть, сэр.
- Стрелять умеете?
- Немного.
- Не прибедняйтесь. Вы отличный стрелок
- На утиной охоте я вряд ли покажу класс.
- А это и не требуется. Впрочем, потом…
Принесли шерри. Черчилль сам разлил вино по бокалам, я кстати заметил одну из доминирующих черт его характера – нетерпеливость. Он не терпел был в стороне от событий, или когда события развиваются слишком медленно
- Ну, как? – он сам продегустировал вино и уставился на меня
Я сделал то же
- Не так плохо, сэр
- Не так плохо?! – удивился Черчилль – что же тогда, по-вашему, хорошо?
- Кентуккийский бурбон. Русская водка или полугар. Но не так рано.
Черчилль поднял руки
- Я сдаюсь. У нас с вами разные вкусы
- Вероятно так, сэр – согласился я
- Но полагаю, методы решения проблем у нас в чем-то схожи…
- Не могу ничего сказать насчет этого, сэр.
- Я предпочитаю решать проблему, если это возможно. А не замалчивать и не забалтывать ее в газетах.
- Разумно, сэр.
- В таком случае… Вернон?
Вернон Келл положил на стол папку
- Нам стало известно – не спрашивайте, откуда – что определенные круги близкие к германскому Генеральному штабу готовят серьезную провокацию. Очень серьезную провокацию…
Видимо, на моем лице ничего не отразилось, и Черчилль решил добавить
- Провокацию чреватую большой войной на континенте…
В то время – призрак большой войны уже витал над континентом, но сама война как потом выяснится – разразилась ровно тогда, когда все решили – пронесло…
Не только Германия и Великобритания – Франция и Великобритания тоже, несмотря на нахождение формально в одном блоке – ссорились между собой. Причиной было желание Франции отхватить себе кусок побольше в Африке и нежелание Англии, чтобы Франция это сделала.
Сербия искала себе выход к морю, в то время как Австро-Венгрия старалась любой ценой этого не допустить. Одновременно Сербия рвалась как на Запад, так и на Юг – но на Юге ее ждали интересы Болгарии, Греции и Турции, а на Западе – Австро-Венгрии и Италии.
В свою очередь Болгария спорила как с Сербией за Македонию, так и с Грецией за Салоники. Только чудо и час времени – помешали Салоникам стать болгарскими, хотя можно было предположить, что если Болгария тогда успела первой – это могло бы стать поводом к войне. Или – к международной конференции на которой Болгарию и стоящую за ней Россию в очередной раз обобрали бы.
Италия претендовала на Ливию, которая принадлежала Турции и Фиуме, которое принадлежало Австро-Венгрии. В свою очередь в Вене не забывали, что еще совсем недавно им принадлежал даже Милан.
Россия претендовала на возможно большую часть Персии. В Европе она вроде как ни на что не претендовала – но польский вопрос висел неразрешенным почти три четверти столетия. В свою очередь национальные чувства Германии ставили под вопрос принадлежность всей Прибалтики, да и в целом лояльность многочисленных русских немцев.
Кроме того, Россия претендовала на покровительство над Балканами, и ей удалось сколотить коалицию из балканских стран, которая нервировала все остальные европейские державы.
А еще – постоянные войны за османское наследство приводили к тому, что как только начиналась очередная – султан перекрывал Проливы, на что имел право – и в Одессе оставалось гнить многочисленное русское зерно. Подобная ситуация – сама по себе порождала требования России если не на Константинополь – то на контроль Проливов, которые становились для России и ее экспорта жизненно важными. В то же время – все великие державы прямо или косвенно участвовали, когда надо было перекрыть России и ее сателлитам прямой доступ к Средиземному морю в обход Проливов. Последний раз – так обкорнали победившую Болгарию. Все, и даже формальные союзники России понимали: Проливы – есть то немногое что может контролировать и сдерживать Россию. А сдерживать ее считали нужным все.
Великобритания – и так приобрела статус профессиональной заступницы за османов – но каждый раз, не давая откусить от нее кусок, откусывала кусок сама. Так в короне ее владений – появился остров Крит…
Но тогда не было никакой определенности – может это и не давало начаться войне. Главная неопределенность – все прекрасно понимали всю надуманность вражды между Англией и Германией. Причин было две – флот и конкуренция промышленников. В остальном же – германская и британская аристократия были крайне тесно связаны, родственно да и в целом – вся европейская аристократия кроме русской – старательно взращивала в себе качества джентльменов. Но и покоя не было – многочисленные нерешенные споры и кризисы постоянно давали о себе знать, прорываясь то тут то там – то кто-то кого-то оскорбил, то канонерская лодка зашла не туда, то еще какое происшествие. Несмотря на то, что сейчас наиболее агрессивной страной считают Германию – можно сказать, что до всего этого только Франция твердо намеревалась воевать за устранение несправедливости с Эльзасом и Лотарингией. Да Сербия совершенно точно хотела реализовать свой национальный проект, собрав всех южных славян под одним флагом. Остальных – скорее устраивал мир, хотя и с оговорками…
Тогда ведь еще никто не верил, что большая война вообще возможна. Этому противоречило всё – и два поколения, которые не знали больших войн (последний передел Европы прошел при Бонапарте и он же –знаменовал окончательный уход с политической сцены средневековья) и стремительное экономическое развитие, и становящаяся все более важным фактором в политике международная торговля. Раньше ведь страны производили сами что потребляли, торговля была – но ограниченная. Сейчас же – в Европе, в Великобритании впервые за всю человеческую историю появился класс людей, готовых постоянно потреблять товары со всего света. Чай, фрукты, хлопковая одежда******** – список постоянно расширялся. В этих условиях – как воевать, кому это нужно? Все же зависят друг от друга*********.
Верил ли я в войну на континенте? Нет, не верил. И никто тогда не верил.
- Провокацию чреватую большой войной на континенте…
…
- Вернон.
Вернон Келл достал записную книжку
- Группа лиц, близких к прусскому Ландтагу – намеревается с целью общей дестабилизации ситуации и создания casus belli совершить некий террористический акт в Европе, долженствующий обострить обстановку и создать ситуацию, при которой великим державам будет трудно отказаться от войны, ибо затронута будет их честь. Теракт – будет совершен на фоне войны на Балканах, которая неизбежно начнется осенью этого года. С этой целью они намереваются нанять профессионального убийцу, который и совершит нужное этим людям злодейство.
Келл вопросительно посмотрел на меня
- Джентльмены, с какой стати вы мне это рассказываете? – спросил я – уж не думаете ли вы что я причастен к этому
- Мистер Росси – сказал Черчилль – к сожалению, мы столкнулись с проблемой, какую не можем разрешить. Остановить этих людей обычными средствами невозможно. Арест ничего не даст, злой умысел недоказуем, к тому же за этими людьми стоит целое государство. Их можно только убить. Точнее застрелить. В то же самое время, у нас нет ни одного человека, который смог бы это сделать.
- В Великобритании нет ни одного человека кто умел бы стрелять? – поинтересовался я
Черчилль был предельно серьезен
- У нас есть солдаты и матросы, которые превосходно стреляют. Черт возьми, я сам стрелок не из последних. Проблема в том что у них на лице написано – я англичанин. Никто из них не владеет нужными языками
- И вы решили привлечь меня? – скептически сказал я – благодарю, сэр, но с какой стати? Наймите бандитов как французы делают.
- С бандитами иметь дело опасно, они возьмут деньги и не выполнят работу. А ставки крайне высоки
- Но почему вы решили, что я соглашусь?
Келл сказал
- Мы полагаем, что убийца, которого решили нанять – Влад Македонец. Мы осмелились предположить, что у вас по-прежнему есть личные счеты к этому человеку. И что вы не откажетесь от возможности отомстить.
* Сэр Ричард Эдвард Генри, первый баронет Генри – комиссионер (начальник) полиции (Metropolitan Police of London) с 1902 по 1918 годы, в 1901 году создал «Отдел криминальных расследований» (то есть первый отдел профессиональных сыщиков на службе государства), до того генеральный инспектор полиции Бенгали. Одним из первых в мире классифицировал и наладил сбор отпечатков пальцев, так же впервые создал службу профессиональных собак – ищеек. Помимо того – он впервые приобрел для полиции печатную машинку и провел в Скотланд-Ярд телефон
** В то время железнодорожные детективы численностью и выучкой превосходили полицию, потому что имели место массовые хищения грузов
*** США избежали судьбы России, потому что президент Тафт, а за ним и Вильсон – начали активно внедрять рабочее и социальное законодательство, перехватывая повестку дня социалистов. Тафта его партия считала предателем за это
**** Прислать визитку – приглашение посетить дом
***** Точный перевод другой - тряпка, хотя смысл этот
****** В современном клубе офицеров армии и флота есть даже своя… парикмахерская
******* Черчилль был первым морским лордом до декабря 1912 года, его сменил принц Луис Маунтбэттен, отец будущего последнего вице-короля Индии. Откуда Келл и Черчилль знали друг друга? Уинстон Черчилль с юных лет был на переднем крае, скорее всего, выполнял задания разведки. Был министром внутренних дел. И будучи премьером, он требовал необработанные разведданные – ему самому доставляло удовольствие интерпретировать их. Черчилль постоянно ходил в цирк (офис разведки), с этим связана история. Молодая девушка, стоявшая на входе, не узнала его и буквально вытолкала взашей, ударив сумочкой. Сам Черчилль воспринял это происшествие с юмором и подарил девушке дорогую сумочку
******** Хлопок стал первым глобальным товаром (хотя есть люди, которые считают, что первым глобальным товаром стал чай) и создал первый глобальный рынок с разделением производства, переработки, финансирования и кредитования. Причем это была не только одежда – хлопок был нужен для производства взрывчатки. Россия до начала 20 века полностью зависела от США по закупкам хлопка
********* Зловещий урок, который не мешало бы нам помнить и теперь. В критической ситуации – политика побеждает экономические интересы и это очень и очень опасно.