Реабилитация нацизма

Одним из долговременных последствий происходящего сегодня на Украине – может стать реабилитация нацизма.
Что такое нацизм? Есть самые разные определения, одно из лучших что я встречал – это метод национального строительства, заключающийся в предоставлении юридических и фактических преимуществ большинству и ущемлению интересов меньшинств.
Ключевое здесь - метод национального строительства.
Как, где, при каких обстоятельствах зародился нацизм и почему он получил такое широкое распространение? Нацизм зародился после Первой мировой войны на территории, где раньше находились многонациональные империи, потерпевшие крах, а теперь возникли новые национальные государства. Эти факты полностью обрисовывают причины, почему стало возможным нацистское «грехопадение» значительной части Европы.
1. Империи предполагают интенсивное межнациональное взаимодействие и расселение без оглядки на национальности. Особенно космополитичны в империях города, и чем крупнее, тем космополитичнее. В условиях распада Империи и появления национального государства – почти неизбежно возникает враждебное отношение большинства к меньшинствам, и особенно остро оно начинает проявлять себя в крупных городах и столице. Неизбежно возникает вопрос: столица страны – это колыбель нации или гнездо предателей? Тем более, что после 1МВ столицами стали и города, которые вовсе этого не хотели и не были готовы к этому.
Конфликт вокруг столицы, ее «лица» космополитичного или наоборот национального – он почти неизбежен, потому что о стране в основном судят по ее столице. В нормальных странах, в условиях долгого мира – почти неизбежной становится ситуация, когда столица страны обретает несколько иную, отличную от остальной страны жизнь и судьбу. Но в условиях кризиса это становится фактором конфликта и раздражения.
2. Первая мировая война – первый в истории Европы опыт насилия столь массового, что он затронул большую часть вовлеченных в бойню народов. После войны – в стране оказались массовые контингенты бывших солдат, испытывающие трудности во всем – семейной жизни, социализации, поиске работы. Вероятно, эпидемии насилия удалось бы избежать, если бы не одно событие – Великая депрессия. Именно она нанесла повторный удар по экономике большей части мира и заставила мир свернуть на рельсы нацизма
Теперь посмотрим, каковы последствия распада СССР?
Наполовину такие же – СССР распался без большой войны и потенциал насилия, который в иных условиях мог стать основой гражданской войны – был утилизирован в криминальной сфере. И может оно и к лучшему, что не нашлось трибунов подобных Троцкому и те «бычки», дворовая шпана восьмидесятых просто начали рэкетировать вместо того чтобы пойти к светлому будущему по колено в крови. Но пример Украины показывает, что массовое обучение насилию (началось оно с майданов, продолжилось титушками и проплаченными митингами) не проходит даром. Если есть предпосылки к нацизму – они могут быть реализованы и спустя тридцать лет, если они не нейтрализованы и нация не состоялась. А в Европе заметили, что «в камере отсутствует стена» и началась дискуссия о том, что на Востоке и на Балканах – есть многочисленные примеры недостроенных, а то и несостоявшихся государств. И что с этим делать?
Ведь сегодняшняя европейская норма – принята как раз как осмысление двух мировых войн. Есть двойное табу – нельзя насильственно изменять границы и присоединять территории, и нельзя, категорически запрещено любое проявление враждебности к любым меньшинствам, особенно территориальным. Именно на этом фундаменте состоялось урегулирование например конфликта между Германией и Францией – Эльзас и Лотарингия принадлежат Франции, но Франция не пытается запрещать местным немцам жить по-немецки. А отсутствие границ, единая валюта и вовсе во многом обесценивают этот спор.
Но тут встает вопрос. На Востоке и на Балканах есть страны с проблемами. В них национальное большинство не чувствует себя дома. Или чувствует, что часть дома украдена. Причем это шире чем кажется. Например, Польша, одна из самых моноэтнических стран мира. Но и там есть проблема. На востоке Польши есть места компактного расселения белорусов. Они же места многолетнего этнического конфликта. Согласно правилам ЕС правительство Польши поддерживает самобытность местных белорусов. Но рядовые поляки испытывают к белорусам ненависть. Камнем преткновения, например, являются «проклятые солдаты» - польские партизаны, виновные в зверствах в отношении белорусов во время 2МВ. Для двух общин отношение к проклятым солдатам является маркером. Белорусы не скрывают ненависти к тем, кто убивал их дедов и прадедов. Для поляков это герои, и более того многие считают, что тот кто не уважает проклятых солдат – тот не поляк. И я не говорю про куда более серьезный повод для конфликта вокруг Волынской резни – там количество жертв выше на порядок, если не на два.
И вот, в Европе уже ставится вопрос. Есть страны с проблемами. Что с ними делать? Применимы ли к ним европейские табу? Или они должны идти каким-то своим путем для того чтобы построить крепкое национальное государство, и лишь потом принять правила и табу, характерные для остальной Европы. Короче говоря, чтобы каяться, может сперва нагрешить?
Нацизм предполагает решение стоящих проблем преимущественно насильственными методами. В 20-е годы 20 века это насилие было обусловлено тем, что война разрушила континент, уничтожила значительную долю всего накопленного Европой благосостояния – и просто не было ресурса для того чтобы решать проблемы какими-то иными методами. Денег не было. А так же работы, жилья, социальной инфраструктуры и много чего остального.
Сейчас проблема в другом. Возьмем страны Прибалтики – некоторые политики ЕС рекламируют их как состоявшиеся страны, хотя там тупик. Прошло тридцать лет существования этих стран. Русская, а в Литве польская община – никуда не делась, не ассимилировалась. Некоторые уехали – но из коренных процент уехавших едва ли не больше. По-прежнему есть люди не готовые ассоциировать себя с этой страной, принимать правила жизни в ней. И понятно, что бывшие надежды что старики умрут, а молодежь будет наша не оправдались – не стала «нашей».
Вопрос: что делать? Нацизм дает ответ на этот вопрос. До сих пор Европа была категорически против подобных ответов. А сейчас?