К новым обострениям...
Сегодня ночью в сторону границы с Таджикистаном выдвинулись несколько тысяч вооружённых боевиков движения «Талибан» . На вооружении у них не только бронеавтомобили американского производства, но и несколько танков, а также противотанковые ракетные комплексы.
Судя по отправке тысяч боевиков «Талибана» в сторону таджикской границы, речь с большой долей вероятности идёт о вероятном конфликте между талибаном и Таджикистаном.
https://t.me/tayniyuzbek/2143
...Таким образом, нынешний статус-кво в регионе изначально неустойчив. Прежняя российская ставка на долгосрочное поддержание баланса между союзной Арменией и партнерским Азербайджаном при сохранении за Москвой роли арбитра, контролирующего ситуацию в зоне конфликта, нереальна. Перемирие, установленное при посредничестве Москвы в 1994 году, продержалось больше четверти века, но в конце концов оно не предотвратило новую войну. Пытаться вновь конструировать что-то аналогичное на обломках Нагорного Карабаха бессмысленно.
Пока что российское руководство сравнительно успешно маневрирует на тактическом уровне. Москва, удержав равновесие между противниками во второй карабахской войне, сохранила Армению в статусе союзника, а Азербайджан в качестве партнера; признав реальность турецкого присутствия на Кавказе, отчасти сохранила лицо как единственный посредник между Ереваном и Баку; обозначила готовность работать с любым руководством Армении, которое будет лояльно интересам России. При этом Россия умело избегает обсуждения вопроса о статусе Нагорного Карабаха. Все эти маневры хороши, но они либо уже отыграны в ходе отгремевшей войны, либо сохраняют значение исключительно с точки зрения выигрыша времени. В этой последней части нужно озаботиться тем, чтобы не упустить время.
В стратегическом отношении Москва обозначила курс на продвижение проектов экономического сотрудничества между враждующими сторонами, повышение внутренней связанности расколотого с момента распада СССР региона, развитие транспортных и других коммуникаций как по линии север—юг, так и по линии восток—запад. С рациональной точки зрения это правильный подход, и его имеет смысл развивать, постоянно добиваясь конкретных частных результатов. В какой-то момент, аккумулировавшись, наработанный позитив может в принципе изменить динамику ситуации. На практике нечто подобное в свое время пытались применить для преодоления арабо-израильского конфликта и построения «нового Ближнего Востока». Нет особых причин считать, что на Южном Кавказе, где сталкиваются интересы многих игроков, в том числе внерегиональных, и где существует ряд застарелых конфликтов, связанных с Грузией, результаты могут оказаться более впечатляющими.
Отсылка к Ближнему Востоку не случайна. С углубляющимся необратимым распадом постсоветского пространства как постимперской общности Закавказье, все дальше отходя от России, постепенно примыкает к Ближневосточному региону, становясь в перспективе его частью. Слабая степень участия США и Франции в усилиях по прекращению огня в Карабахе симптоматична. Это не ситуативный дефицит внимания. Турция, Иран и Израиль, а не Америка с Европой все больше влияют на происходящее в Азербайджане и Армении и между ними. Это обстоятельство должно ориентировать российскую политику на поиск более адекватных подходов к закавказским соседям — в более широком ближневосточном, а не постсоветском или российско-западном контексте.
https://bmpd.livejournal.com/4403721.html