Александр Афанасьев (werewolf0001) wrote,
Александр Афанасьев
werewolf0001

Categories:

Своим путем (Сталин)


Своим путем

Слабость революции 1848 года в Германии Маркс объяснял, между прочим, тем, что там не было сильной контрреволюции, которая подстегивала бы революцию и укрепляла ее в огне борьбы.
Мы, русские, не вправе жаловаться в этом отношении на судьбу, ибо у нас есть контрреволюция и притом довольно основательная. А последние выступления генеральско-буржуазной контрреволюции и ответная волна революционного движения с особенной ясностью показали, что революция растет и крепнет именно в схватках с контрреволюцией.
В огне этих схваток ожили, и развернулись умершие было Советы и Комитеты, разбитые происками буржуазии в июле – августе.
На плечах этих организаций поднялась революция до торжества над контрреволюцией.
Теперь, когда корниловщина отступает в беспорядке, а Керенский бесцеремонно присваивает чужие лавры, – теперь особенно ясно, что без этих организаций, железнодорожных, солдатских, матросских, крестьянских, рабочих, почтово-телеграфных и прочих “самочинных” Комитетов, без их революционного почина и боевой самодеятельности революция была бы сметена.
Тем с большим уважением следовало бы относиться к этим организациям. Тем энергичнее должна быть наша работа по укреплению и расширению этих организаций. Пусть живут и развиваются, пусть крепнут и побеждают “самочинные” Комитеты – вот каков должен быть лозунг друзей революции.
Только враги, только заклятые враги русского народа могли бы посягнуть на целость этих организаций.
Между тем правительство Керенского с первых же дней выступления контрреволюции взяло под подозрение “самочинные” Комитеты. Не способное и не желавшее бороться с корниловщиной, боящееся массы и массового движения больше чем контрреволюции, оно с первых же дней корниловских выступлений чинило препятствия питерскому Комитету народной борьбы с контрреволюцией. И этот саботаж дела борьбы с корниловщиной оно продолжало все время.
Но этого мало. Четвертого сентября правительство Керенского издало специальный приказ, где оно объявляет революционным Комитетам открытую войну, ставя их вне закона. Третируя деятельность этих Комитетов, как “самоуправные действия”, оно заявляет, что:“самочинных действий в дальнейшем допускаемо быть не должно, и Временное правительство будет с ними бороться, как с действиями самоуправными и вредными республике”.
Керенский, очевидно, забыл, что “директория” еще не заменена “консулатом”, а он не первый консул республики Российской.
Керенский, очевидно, не знает, что между “директорией” и “консулатом” был государственный переворот, который нужно было бы произвести раньше, чем издавать такие приказы.
Керенский не знает, что в борьбе с “самоуправными” Комитетами в тылу и на фронте ему пришлось бы опереться на Калединых и Корниловых, и только на них, причем о судьбе этих последних следовало бы ему, во всяком случае, помнить...
Мы убеждены, что революционные Комитеты дадут достойный отпор этому удару в спину со стороны Керенского.
Мы выражаем твердую уверенность, что революционные Комитеты не сойдут со своего пути.
И если пути “директории” и революционных Комитетов окончательно разошлись, тем хуже для “директории”.
Контрреволюционная опасность еще не миновала, – да здравствуют революционные Комитеты!

6 сентября 1917 г.


Еще один интересный вопрос, о котором надо бы поразмышлять. Октябрьская революция была неизбежна с самого начала – или она была следствием конфликтов, которые проявили себя во всю мощь после Февраля? Была ли в конечном итоге неизбежна Гражданская война и в целом - та звериная жестокость большевистского режима, которая родилась именно в начале двадцатых в борьбе с контрреволюцией.
Был такой итальянский левый философ Антонио Грамши, он побывал в Москве в первые годы советской власти, и увиденное его не обрадовало. Кстати, возвращаясь в сегодняшний день – культурный запрос на Сталина, самого жестокого и кровавого из советских вождей, не Ленина, не Брежнева, а именно Сталина, плюс не достигающая сталинской, но все же неожиданная популярность «наводившего порядок» Андропова – говорит о том, что в нашем обществе остались те же самые проблемы, что и сто с лишним лет назад. Определенной и довольно значительной группе людей которые ничего не выиграли от реформ 1861 года (по крайней мере, материально) не нужна была политическая свобода, которую предоставил Февраль. Им нужно было «наведение порядка», а если честно – то социальная месть тем, кто забрал себе весь пирог, ничего не оставив им. Был мощный запрос на конфискации, перераспределение, наказание – и конфискации скорее не как средство построить по-новому работу народного хозяйства, сколько как сатисфакцию рабочих за унижения, доставленные им хозяевами. Точно так же – враждебность к офицерам была вызвана унижениями, причем не обязательно унижениями от конкретно этих офицеров, и даже от офицеров вообще – скорее офицеры представляли собой физическое воплощение воли ранее господствовавших и унижавших групп. Точно так же и не имеющие нормального объяснения не просто перераспределение, а уничтожение помещичьего имущества, а потом и кулацкого – это тоже запрос на сатисфакцию за унижения.
Та самая темная злоба, святая злоба Блока…
С другой стороны – все могло бы, наверное, пойти по куда менее кровавому и конфликтному пути, если бы верхи общества согласились с необходимостью некоей сатисфакции и поделиться частью имущества чтобы не потерять все. Об этом говорили и задолго до 1917 года – лучше отдать немногое, чтобы в итоге не потерять все. Но говорили об этом не все. И уж точно не власть. И после 1917 года – запрос на наказание «восставшего хама» оказался огромен в определенных слоях. Танго танцуют двое – для гражданской войны тоже нужны как минимум две стороны. И они были.
Давайте, про Грамши.
КУЛЬТУРНАЯ ГЕГЕМОНИЯ КАК ФАКТОР СОЦИАЛЬНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ (А.ГРАМШИ, К. МАНХЕЙМ)
А. П. Ждановский, Н. А. Станкевич.
…Концепция культурной гегемонии А. Грамши, разработанная в рамках неомарксистской парадигмы, претендует на преодоление линейной схемы взаимосвязи «базиса и надстройки», изображая процессы социальных изменений в модели сложных переплетений действующих в конкретной исторической ситуации сил: «Государственная жизнь понимается как непрерывное образование и преодоление неустойчивых равновесий... между интересами основной группы и подчинённых групп, равновесий, в которых интересы господствующей группы преобладают, но до определенных границ не превращаясь в грубый экономико-корпоративный интерес». Система взаимодействий социальных групп и слоев, сплочённых вокруг господствующего класса, выступает как «исторический блок», «блок власти». Природа этого блока, сущность системы средств, поддерживающих его единство на протяжении более или менее длительного исторического периода, составляют главную проблему концепции культурной гегемонии, разработанной итальянским мыслителем
По мнению А. Грамши, власть доминирующего в социуме класса поддерживается не только экономическими методами, обеспечивая ему доступ к овладению средствами производства, не только функционированием политических институтов, выступающих в качестве инструментов легального насилия. Не менее важным фактором стабилизации власти и ,соответственно, поддержания социального гомеостазиса является аксиологическое ядро как целостная совокупность разделяемых членами общества ценностей, представлений о добре и зле, прекрасном и безобразном, допустимом и запретном, когда «исторический блок», включающий группы и слои с разнонаправленными интересами, выступает, тем не менее, в качестве системы политических союзов, консолидированной общей культурой и идеологией. Речь идёт о необходимости достижения согласия классов и групп сопределённым социальным порядком, согласия, облекаемого идеологами в систему образов, символов, убеждений. Установление и поддержание гегемонии – процесс, опирающийся на постоянную активность, когда функционирование государства включает всю «совокупность практической и теоретической деятельности, посредством которой господствующий класс оправдывает и удерживает своё господство, добиваясь при этом активного согласия руководимых».
Полемизируя с ортодоксальным марксизмом, А. Грамши говорит о трансформации ценностного ядра социума как приоритетном факторе процессов общественных изменений. Историческое исследование приводит мыслителя к выводу о том, что переход от феодализма к капитализму в Италии не сопровождался установлением «культурной гегемонии» буржуазии, общественная трансформация осуществлялась в режиме «пассивной революции», так и не воплотившись в сбалансированную форму «исторического блока». Великая Французская революция дала пример противоположного толка, когда становление капиталистического социального порядка было подготовлено идеологией Просвещения, легитимизировавшей господство буржуазии в сфере экономики и политики и позволившей ей выступить выразителем воли всего народа…

Грамши говорит вот о чем. О том, что мы не понимали тогда и сейчас тоже не особо понимаем. Установление и поддержание политической власти происходит не грубой силой, а путем системы сложных договоренностей, и действий, призванных не просто подавить сопротивление, но добиться активного согласия управляемых.
Странно, но Грамши слева приходит к тем же в сущности выводам, к которым пришел куда более правый П.Б. Струве. Проблема политики в России – это не политическая и не экономическая, это прежде всего культурная проблема. Именно недостатки и пробелы культуры – вызывают ожесточенные и бесплодные политические баталии и полную неспособность построить более-менее функциональный парламент, как место народного представительства, а не борьбы на уничтожение с властью и друг с другом. Борьба на уничтожение вызвана культурным антагонизмом, отсутствием единой, разделяемой всеми системы ценностей.
Грамши так же говорит о том, что прежде чего достигать политической и экономической гегемонии, необходимо достичь гегемонии культурной. И никакая политическая реформа не сможет продвинуться дальше, чем это ей позволит сделать существующая на тот момент культура.
К этим выводам, Грамши пришел, наблюдая как методы гегемонии большевиков, так и ожесточенное сопротивление им со стороны имущих классов и вообще всех, кто был не согласен. Грамши, итальянский коммунист – ужаснулся происходящему (и было чему ужаснуться) и сделал вывод о том, что по пути прямого насилия большевиков и попыток достичь целей в короткое время и насильственным путем – нельзя идти вообще. Нужно добиваться активного согласия имущих классов с целями неимущих, и сделать это можно только культурными методами. Это кстати именно то что, сейчас довольно успешно практикуется на Западе. Но это в любом случае процесс небыстрый.
Большевики же, сделав ставку на социальный конфликт (как мы видим из приводимых за авторством Сталина статей) добились политической власти, но одновременно с этим они сделали советский строй крайне неустойчивым и вынужденным постоянно бороться за свое выживание. Классовая борьба – как ее называли большевики – так по сути никогда и не прекращалась, причем Сталин например ввел тезис об обострении классовой борьбы по мере приближения к коммунистическому обществу. Хотя если вдуматься, то это нонсенс, ведь для борьбы нужны двое, и обострение классовой борьбы будет свидетельством не только нарастания социальных противоречий в обществе, но и постоянному рекрутированию людей не в правящий, а в противостоящий ему класс! Ведь если речь идет о нарастании классовой борьбы – должен быть кто-то, кто будет бороться, верно? Откуда он возьмется? Почему он начнет эту борьбу с государством и строем, который теоретически должен был бы устраивать всех?
Тем не менее, Сталин оказался прав. Борьба не прекращалась до 1941 года, и после войны был очень короткий промежуток (примерно до начала правления Брежнева), когда эта борьба прекратилась, что было вызвано громадным авторитетом власти, победившей в войне. Но уже при Брежневе подспудная война возобновилась, правда, в качестве класса атакующего созданный и выстоявший в самой страшной за всю историю человечества войне строй – оказались не дворяне и не помещики и не капиталисты. А странный конгломерат общественных сил, состоящий из:
- продвинутой молодежи, не желавшей принимать элементы той самой культурной гегемонии победившего общества (стиль одежды, поведения, системы табу, культуры) и демонстративно выбирающей западный стиль.
- интеллигенции, у которой с СССР были «вкусовые расхождения» - понимай как хочешь.
- национальных элит, которые стремительно по историческим меркам прошли путь от спекуляции овощами и цветами до требований самоопределения. Убийственных требований – как сказала одна балерина в девяносто втором году (когда в Тбилиси не было газа и топили буржуйками) – я и понятия не имела, сколько всего мы получали из России.
- И наконец, элитных групп на стыке политики, власти и криминала, от директоров магазинов и овощных баз и до министров. Этакого «нового дворянства», которые хотели открыто перейти на иной, намного более высокий уровень потребления и легализовать свой контроль над объектами общественной собственности, сделав ее частной
Но все эти группы объединяет одно – их зарождение и начало борьбы связано с утратой властью культурной гегемонии, появлением альтернативной системы смыслов и ценностей. Как только огромную ценность приобрели джинсы Ливайс, как только молодежь перестала петь русские песни и стала слушать контрабандные пластинки западных групп, как только появились шутки типа «вот не победили бы мы в войне и сейчас пили бы баварское, а не жигулевское» - так началась новая борьба и власти приходилось прилагать все больше и больше усилий для проведения в жизнь своей политики при активно и пассивно сопротивляющейся части общества. В конечном итоге – этих усилий оказалось недостаточно и власть рухнула, а вместе с ней рухнула и страна.
Такова была и есть цена ставки на грубую силу при достижении изменений.
Однако, это не было концом борьбы – борьба просто началась с начала, так как никуда не делась та же самая группа, которая инициировала Октябрь 17-го – те самые униженные и оскорбленные. Только теперь повод для социальной мести другой – унижение и раздрай девяностых. Конфликтность сегодняшнего общества, востребованность Сталина как символа, восприятие СССР как потерянного рая со стремительным забыванием очередей, дефицита и щамканья с экрана – обусловлена как раз унижением и оскорблением девяностых. Когда кто-то заработал свой первый миллион баксов, а кто-то не знал чем накормить голодных детей. Более того – сейчас следует сказать, что девяностые, время крайне несправедливое – породило сегодняшнее общество и иерархию в нем. Попытки исправить социальную несправедливость тогдашнего «перераспределения» - провалились, да если честно, мало кто хотел. Более того, ситуация сейчас даже хуже чем была, потому что «униженных и оскорбленных» предала русская интеллигенция. Если в конце 19 века интеллигенция не просто поднимала тему – она кричала о социальной несправедливости, это была видимо основная тема в искусстве, то сейчас – молчание. Гробовое. Интеллигенция приняла капитализм и встроилась в него. Я как то встретил одно замечание – в театр сейчас не ходят, потому что незачем. Видимо, это так и есть. Театр не поднимает наболевшие социальные вопросы, он превратился в чистое развлечение, как впрочем и кино. Сейчас и близко нет А.М. Горького, который бы поднял социальную проблематику.
Интеллигенция тоже травмирована и травмирована сильно. Никуда не делись воспоминания ни о голоде девятнадцатого в Петрограде, ни о расстрелах конца тридцатых, ни о хамских разносах и цензуре конца семидесятых. Можно сказать, что интеллигенция сознательно порвала с простым народом, который перенес не меньше мучений, и получил не меньше травм, но все же пытался построить именно свое, народное государство. Интеллигенция выбрала капитализм и обслуживание элит за деньги. Тема справедливости табуирована. Но итогом мы имеем то, что в отличие от начала 20 века – диалога просто нет. Он не сорван войной, он не осложнен революцией – его просто нет, низы и верх существуют в разных измерениях, буквально в двух разных странах. И интеллигенция напоминает элитам не о совести, а о спонсорстве.
К чему это приведет – отсутствие диалога и построение народа «два в одном»? Я не знаю.


Tags: история, общество, отрывки из книг, политика, собственные статьи
Subscribe

  • Не хочу быть ограбленным и униженным - дайте короткоствол!

    А что делать тем кто не хочет чтобы его грабили и унижали? А если придут бородатые дяди и станут грабить и унижать на постоянной основе? То есть…

  • Бойня в Перми. Очередной стрелок

    Очередной урод, на этот раз в Перми. То ли пять то ли восемь убитых. На сей раз он вел своего рода дневник. Интересны два момента 1. Он задумал…

  • Выборы

    Центральная избирательная комиссия (ЦИК) обработала половину протоколов на выборах в Госдуму и обнародовала предварительные итоги голосования,…

Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments