Александр Афанасьев (werewolf0001) wrote,
Александр Афанасьев
werewolf0001

Categories:

Павел Милюков. Лицо русского парламентаризма

6.13. Павел Милюков. Лицо русского парламентаризма

Почему именно Павла Милюкова я так называю? Очень просто – в глазах мирового сообщества он им и был. Одним из тех, кто представлял новую, будущую Россию. Его принимали на уровне если и не главы государства, то немногим ниже. В те годы протокол официальных визитов был не так развит, Царь много не ездил. А в республиканских странах – его открыто не воспринимали, зато с радостью принимали таких людей как Милюков.
Павел Милюков – это человек, который погубил Временное правительство. Мало кто знает, что Временное правительство намеревалось заключить сепаратный мир еще весной 1917 года. Все было готово. И только лекция, прочитанная Милюкову по телефону президентом США Вудро Вильсоном остановила Временное правительство от этого шага. С этого момента – Временное правительство пошло к своей кончине. Мир – вот что хотела улица, и она готова была признать правителем России любого, кто готов был его дать. Если бы Временное правительство заключило мир – СССР никогда не было бы, мы бы так и жили в России…
Итак…
Па́вел Никола́евич Милюко́в (15 (27) января 1859, Москва, Российская империя — 31 марта 1943, Экс-ле-Бен, Французское государство) — русский политический деятель, историк и публицист. Лидер Конституционно-демократической партии (Партии народной свободы, кадетской партии). Министр иностранных дел Временного правительства в 1917 году. С 1916 года — почётный доктор Кембриджского университета.
Окончил 1-ю Московскую гимназию. Летом 1877 года во время Русско-турецкой войны 1877—1878 годов находился в Закавказье в качестве казначея войскового хозяйства, а затем уполномоченного московского санитарного отряда.
Окончил историко-филологический факультет Императорского Московского университета (1882; исключался за участие в студенческой сходке в 1881 году, восстановлен в следующем году). В университете был учеником В. О. Ключевского и П. Г. Виноградова. В студенческие годы после смерти отца, чтобы обеспечить семью, давал частные уроки. Был оставлен при университете для подготовки к профессорскому званию.
Магистр русской истории, Докторскую диссертацию не защищал.
С начала 1890-х годов — член Общества истории и древностей российских, Московского археологического общества, Общества естествознания, географии и археологии. Вёл просветительскую деятельность в Московском комитете грамотности, в Комиссии по самообразованию.
В 1886—1895 годах Милюков — приват-доцент Московского университета, одновременно преподавал в гимназии и на Высших женских курсах. 18 марта 1895 года за «намеки на общие чаяния свободы и осуждение самодержавия», которые содержались в лекции, прочитанной в Нижнем Новгороде, был отстранён департаментом полиции от преподавания в Московском университете в связи с «крайней политической неблагонадёжностью». В 1897 году был приглашён в Софийское высшее училище для чтения лекций по истории и выехал в Болгарию, но уже в 1898 году по требованию русского посланника Г. П. Бахметева его отстранили от преподавания. Участвовал в археологической экспедиции в Македонии, где был открыт некрополь гальштатского типа, публиковал «Письма с дороги» в «Русских ведомостях» (1897—1899).
В 1899 году вернулся в Россию, в 1901 году за оппозиционную деятельность несколько месяцев провёл в тюрьме. Публиковал статьи в оппозиционном эмигрантском журнале «Освобождение», стал одним из признанных идеологов российского либерализма. В 1903 году, и в 1904—1905 годах посещал Соединённые Штаты Америки, где читал лекции в Чикагском университете (1903, 1904—1905), а также в Бостоне в Lowell Institute (1904). В сентябре 1904 года принял участие в Парижской конференции российских оппозиционных и революционных партий от либерального Союза освобождения. В 1905 году, получив известия о «кровавом воскресенье» 9 января 1905 года, вернулся в Россию. В мае — августе 1905 года был председателем Союза союзов — объединения профессиональных организаций, находившихся в оппозиции к правительству.
В октябре 1905 года стал одним из основателей Конституционно-демократической партии (Партии народной свободы), с марта 1907 года — председатель Центрального комитета этой партии. Был признанным лидером кадетов, во время дискуссий между членами партии обычно занимал центристские позиции. Член ЦК кадетской партии А. В. Тыркова писала: «В партии было много незаурядных людей. Милюков поднялся над ними, стал лидером прежде всего потому, что крепко хотел быть лидером. В нём было редкое для русского общественного деятеля сосредоточенное честолюбие. Для политика это хорошая черта». Являлся одним из авторов программы партии, считал, что Россия должна быть «конституционной и парламентской монархией». Был одним из редакторов партийной газеты «Речь», автором большинства её передовых статей.
В 1907—1917 годах — член III и IV Государственных Дум. Руководил работой кадетской фракции, которая позиционировала себя как «оппозиция Его Величества» (а не «Его Величеству»). Много выступал в Думе по внешнеполитическим вопросам, в том числе по ситуации на Балканах. Тяжело переживал так называемый «скандал Бухлау» и поражение России в ходе Боснийского кризиса 1908—1909 годов, а затем активно содействовал отставке виновного в этом провале министра иностранных дел Извольского. Критиковал также и внутриполитический курс правительства.
После начала Первой мировой войны — сторонник «войны до победного конца», в 1914—1915 годах считал возможным соглашение с правительством на патриотической основе. С 1915 года, после поражений русской армии, вновь в решительной оппозиции правительству, которое считал неспособным обеспечить победу в войне.
После отречения Николая II в результате Февральской революции Милюков был членом Временного комитета Государственной думы, выступал за сохранение в стране конституционной монархии, однако большинство лидеров «Прогрессивного блока» высказались против.
В первом составе Временного правительства (март—май 1917 года) был министром иностранных дел. Одним из первых распоряжений Милюкова на посту было распоряжение посольствам оказывать помощь возвращению в Россию эмигрантов-революционеров. На посту главы МИДа вступал в конфликты с лидерами социалистических партий по вопросу предоставления автономии национально-территориальным областям России, в частности по вопросу автономии Украины. Выступал против предоставления каких-либо политических прав отдельным национальностям России, против её федерализации.
Выступал за выполнение Россией своих обязательств перед союзниками по Антанте и, следовательно, за продолжение войны до победного конца. Продолжил политическую деятельность в качестве лидера кадетской партии, поддерживал Корниловское движение (после поражения Корниловского выступления был вынужден уехать из Петрограда в Крым), резко негативно отнёсся к приходу к власти большевиков, был последовательным сторонником вооружённой борьбы с ними.

На примере Павла Милюкова – можно изучать важнейший вопрос – почему в России никак не может установиться стабильная демократия.
Милюков, судя по его дофевральской биографии – относится к умеренной оппозиции. То есть он готов критиковать, но не готов взрывать. Но при этом кстати - и этот грех сопровождал все четыре Думы – он не готов и публично осудить террор, категорически отвергнув незаконные методы. Думаю, он все же был против них. Но идти против общественного (конечно, речь идет о «лучших людях страны») мнения – тоже не смел.
Милюков довольно пассивен, если брать вопрос овладения властью. Как вспоминал его друг Гучков – произнося крамольные речи (и в частности речь ноября 1916 года) – он не думал разрушать, он пытался повлиять. При этом, Милюков не готов был ни бросаться во власть очертя голову, ни делить ее с другими. Не всем известный эпизод 1905 года – напуганный событиями Николай II неофициально предложил сформировать «правительство доверия», в котором Милюкова ждал бы министерский пост. Но Милюков поставил условие – либо кадеты полностью формируют правительство, либо он отказывается. Николай на это не пошел.
Это кстати очень показательный и не единичный эпизод в истории публичной политики России. Родзянко в феврале 1917 года – сказал: вы все подчиняетесь мне – подчиняться ему не захотели и так возникло Временное правительство. Ленин, едва только придя к власти, сначала разогнал Учредительное собрание, а затем – избавился даже от родственных ему левых эсеров. При Сталине – любая фракционность даже в пределах одной партии означала смерть. Явлинский, когда выпал шанс ему, поступил так же как и Милюков за сто лет до него – или Яблоко формирует правительство полностью или уходит в оппозицию. Это родовое пятно русской публичной политики – стремление к единоличному правлению. Нет в нашей истории ни одного примера, когда разные политические силы смогли бы сформировать успешное и долго работающее правительство. Любой российский оппозиционный политик борется не с диктатурой, а с диктатором – и только до того момента, пока шанс стать диктатором не выпадает ему самому. И он этот шанс не упускает. Большевики всего за двадцать прошли путь от практически анархии до одного из самых жестоких тоталитарных режимов в истории.
Это первое. Второе.
Обратите внимание – Милюков фактически делает революцию – но он не то что не революционер – он даже не республиканец. Более того, на его примере можно отчетливо видеть его политическое кредо. Он делает и отстаивает то что по его мнению нужно России. А не то что хотят люди, его возможные избиратели.
Вот это вот – важнейшая особенность русской публичной политики. Политики в ней – делятся на тех которые стараются говорить избирателям правду и тех кто изначально избирателям лжет. Но в ней практически не бывает политиков, которые готовы выполнять то чего хотят избиратели. В русской политике – политики говорят, что нужно делать – а избиратели вынуждены гадать, лжет политик или нет. Но сами они права предлагать – лишены, они могут только выбирать. И да, российская политика – закрытая каста, куда попасть непросто, что тогда что сейчас.
Вот это вторая глубинная особенность русской национальной политики, которую отчетливо видно на примере Милюкова. Российским политикам в принципе чужда идея народовластия. И очень близка идея элитаризма, вопрос только в том, как, кем, на каких принципах комплектуется элита. Причем идея народовластия в одинаковой мере чужда и Пуришкевичу, и Милюкову и Гучкову и Ленину. Все они сходятся в одном – править должны не представители народа, а некие «лучшие», разница лишь в том что для одних лучшие – дворяне, для других националисты, для третьих – беззаветно преданные делу партии.
Что касается самого народа – нет, их нельзя обвинить в народофобии. Но если посмотреть на их отношение к народу – вы с удивлением поймете, что и оно – совершенно одинаковое. В их понимании, народ у нас хороший, добрый, в истории много пострадавший. Вот только наивный слишком и неиспорченный. И потому – сам править он не может, и выбрать нормальных представителей чтобы править – тоже не может. Должно пройти много времени для того чтобы народ наш стал способен отличать политическое добро от политического зла, а политических праведников – от грешников. И пока – народ не готов к реальным выборам, его надо менять, его надо воспитывать. А пока – власть должны осуществлять лучшие люди страны. От имени этого народа и во благо народа.
Вот в этом – кардинальное отличие нас от скажем, отцов-основателей США. Отцы – основатели США исходили из того, что народ есть таков, каков он есть и его не надо искусственно улучшать. И что народ, каким бы он ни был – здесь и сейчас способен сам позаботиться о себе и избрать представителей, которые смогут осуществлять власть. И это – один из краеугольных камней американской государственности – люди должны сами заботиться о себе и выбирать власть в том числе. Мы же к этому не пришли и в двадцать первом веке. Практически в любых мемуарах любого русского политика – можно найти «народ не готов», «о народе надо заботиться». Сам Милюков - несмотря на то что был отцом февраля – понимал ситуацию именно так.
И в критический момент – это дало о себе знать самым страшным образом. Когда они остались друг напротив друга, с одной стороны – сбросивший Царя русский политический класс (и Совет рабочих, матросских и солдатских депутатов в том числе) и вышедший на улицы народ, во главе со взбунтовавшимися солдатами гарнизона и матросами Балтийского флота – русский политический класс начал лихорадочно думать: как же загнать народ обратно в стойло. Они думали об этом, разница между Лениным и Керенским была только в этом – одному надо было загнать сейчас, другому – чуть погодя, Ленину надо было силами народа спихнуть и февральскую власть. И все прекрасно в общем то понимали, чего хотят люди. Мира – во что бы то ни стало. И к этому все шло. Но одного звонка президента Вильсона хватило чтобы все переиграть. Для любого русского политика – то что говорил Вильсон было важнее того что говорил народ.
А Ленин… Ленин это просто следующая ступень. Политическая уголовщина. Которую можно выразить одной фразой – дай народу то что он хочет и неважно, насколько это дико, потом все равно сумеешь отнять. Народ хотел мира – народ получил мир. Брестский. А потом и войну. Великую отечественную.


Tags: история, отрывки из книг, собственные статьи
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 14 comments