Александр Афанасьев (werewolf0001) wrote,
Александр Афанасьев
werewolf0001

Categories:

Под ударом

Пишу потихоньку

Москва, Кремль
20 марта 1988 года


В это же самое время – председатель Президиума Верховного совета СССР, товарищ Алиев – в своем кабинете в Ясенево принимал человека. Разговор как ни странно тоже шел о наболевшем – об экономической реформе.
Посетитель у главы государства был тоже непростой. Дмитрий Васильевич Валовой – доктор экономических наук, редактор правительственного журнала «Экономический вестник», первый заместитель главного редактора газеты Правда, редактор экономического отдела Правды, член Комитета народного контроля СССР. Несколько лет назад он написал записку в которой предсказал, что до 2000 года СССР рухнет ввиду проблем с экономикой. Это было при Брежневе, записку положили под сукно, а Валовой приобрел себе влиятельного врага в виде Бориса Гостева, заведующего отделом плановых и финансовых органов ЦК КПСС. Но сместить зам главного редактора Правды – у Гостева сил не хватило.
Третьим собеседником был академик Степан Ситарян.
- Проверили?
Ситарян поежился. Он всегда ощущал себя не в своей тарелке в присутствии Алиева. И не только потому что Алиев был генералом КГБ – но и потому что имел обширный хозяйственный и управленческий опыт и что-то скрывать от него, приукрашивать, а тем более лгать Гейдару Алиеву было очень опасно. Он сочетал в себе качества генерала КГБ и опытного управленца с большим хозяйственным опытом, много лет управлявшего целой союзной республикой. Подобного человека на верхушке не было со времен Берии, а от самой этой фамилии – многих до сих пор бросало в пот. Алиев кстати об этом знал, он даже читал дело Берии…
- Все проверили, Гейдар Алиевич
- И?
- Оказалось даже хуже.
Алиев сцепил пальцы в замок
- Сколько?
- Около сорока.
Все. Приехали.
Речь шла о том, что Валовой в записке называл двойным счетом. Все было проще простого – например, Камский автомобильный завод делает автомобиль Камаз и его госцена, к примеру – пятьдесят тысяч рублей. Все хорошо. Но дальше он идет на другой завод, в Нижнекамск, там на него вешают кузов стоимостью десять тысяч рублей – и теперь он стоит шестьдесят тысяч. Вроде бы все правильно: пятьдесят плюс десять – равно шестьдесят. Правильно, да не совсем – дело в том, что произведено продукции на шестьдесят тысяч, а фонд оплаты труда, который считается в процентах от объема выпущенной продукции – будет как за сто десять.
Казалось бы незначительный изъян – но порой безо всякого на то смысла полуфабрикат передают с одного завода на другой по три четыре раза, чтобы накрутить себе ФОТ, получить премии – и все это расходы, начиная хотя бы с того что самосвальный кузов можно и на основном конвейере поставить, не надо машину в другой город гнать. Но гонят. Потому что кушать хочется всем. Вот так и выполняют задания партии и правительства.
А сорок – это сорок процентов дутых цифр. То есть по бумагам создана добавленная стоимость, все эти цифры включены в выполнение плана, кто-то зарплату получил, премию. А на деле – добавленной стоимости нет, платить – не за что. Но платят! Сорок процентов зарплаты – платится ни за что.
То есть, сорок процентов советского ВВП – это, выражаясь словами антисоветчика Солженицына – туфта. И что страшнее всего – Солженицын, получается – прав.
А потом удивляемся – почему нет товаров на полках? Да потому что они не произведены!
Или вот еще, из жизни экономики развитого социализма. Придумали на одном заводе часть деталей в станке заменить с дорогих цветметных – на дешевые пластиковые. Новый пластик изобрели – больше не надо тратить медь, и станок даже лучше работает. Сделали?
Нет! Потому что план рассчитывается в рублях, и если снизить себестоимость станка, то ты не получишь не только премию – но и часть зарплаты. И план не выполнишь. Потому что произвел в штуках столько же – а в деньгах меньше.
Вот и получается, что советская экономика заточена не на экономию, а наоборот – на максимальное расточительство. Чем хуже тем лучше!
Или. Один и тот же завод – производит шины для Белаза и для Жигулей. В шинах для Белаза трудозатраты допустим один процент от стоимости, а в шинах для Жигулей – пять. А сырье одно и то же. Что сделает директор ради получения премии?
Правильно! Произведет побольше шин для Белаза, которые никому не нужны и которые лягут на склад, и недодаст шины для ВАЗа – а тот остановит конвейер. Накажут этого директора? Нет! План в рублях он выполнил!
А самое плохое – что чаще всего товарами с большой стоимостью труда в них – являются как раз самые простые потребительские товары – вилки, чашки, ложки, прищепки – которые гигантов советской индустрии просто заставили делать. Они и делают – из под палки. Двадцать, тридцать процентов плана по ним выполнят – и ладно. Доберут колесами от Белаза, омертвят государственные средства, получат премии…
А на полках пусто.
Или – строители. Вышли на объект, смотрят по смете. Какие работы самые затратные с точки зрения материалов и менее затратные с точки зрения труда. Например, обычно самое материалоемкое и наименее трудоемкое – это выкопать котлован. Дальше идет каркас здания и коммуникации. А самое трудоемкое – это отделка. Вот и делают советские строители все для получения премии – вышли на объект, котлован выкопали, коробку поставили – и бросили.
Деньги освоены. Зарплаты и премии получены. А объект не введен. Просто коробка стоит. Некоторые у кого совесть еще осталась – достроят потом, потихоньку. А кто-то просто бросит –достраивай заказчик хозспособом. То есть сам.
И главное – все формально правы. Ну почти
А деньги омертвили.
И такого вот долгостроя - по всему Союзу.
Вот как с этим быть?
Дмитрий Валовой – не сидел сложа руки, он писал записки всем, от Брежнева до Горбачева. Копия последней – легла на стол Алиеву с другой адресацией – Горбачеву. Горбачев, получив записку, переправил ее Рыжкову, тот благополучно «похоронил» ее...
Одним из важнейших оценочных показателей должен быть объем реализации с учетом выполнения договорных обязательств. Это главный рычаг реализации основного экономического закона социализма, и по существу, он является «пульсом» экономики. Могут сказать: этот показатель и в настоящее время стоит па первом месте и является важнейшим. Так-то оно так. Но он только формально стоит (а точнее, прозябает) на первом месте. Он подобен английской королеве или японскому императору, которые формально провозглашены главами государств, а реальной власти для этого не имеют. Срыв задания по важнейшей номенклатуре и неполное выполнение хозяйственных договоров на экономику предприятий не оказывают должного влияния. Если выполняется план по реализации, то вступает в силу принцип: победителей не судят! А если недовыполняется объем в рублях, то, как уже отмечалось, это больно бьет по экономике на предприятии: падают темпы роста производства и производительности труда, уменьшаются фонд зарплаты и отчисления в экономические фонды.
Надо сделать объем реализации с учетом договоров полноправным оценочным показателем, но этот объем должен определяться не на базе достигнутого уровня, а соответствовать общей сумме договорных обязательств. При этом очень важно в учете реализации ликвидировать «двойное» дно — когда обязательства по договорам срываются, а план по реализации выполняется. Эти показатели надо органически соединить. Сумма недопоставок по договорам, как правило, должна быть идентичной недовыполнению объема реализованной продукции.
И в качестве экономического термометра, показывающего, нормально ли идет процесс увеличения вновь созданной продукции, целесообразно использовать чистую или условно-чистую продукцию. Если предприятие срывает договорные обязательства, то само собой разумеется, что оно нуждается в «лечении». Надо установить «диагноз» и назначить курс «лечения». А если у него хороший пульс, а температура пониженная? Думается, ничего плохого нет, если все обязательства выполнены, но за счет снижения трудоемкости или с согласия заказчика произведена замена более трудоемкого ассортимента на менее трудоемкий. Темпы не должны быть самоцелью. Это позволит устранить погоню за рублями и создать более благоприятные условия для перехода от затратного метода планирования и оценки работы хозяйственных звеньев к результативному.
Однако строгое соблюдение договорных обязательств еще не поможет дать ответ на вопрос: хорошо ли завод работает?
Первое: как используются производственные мощности? Чтобы пресечь стремление вырвать побольше капвложений и оборудования, надо иметь нормативы их использования. Материально и морально поощрять и наказать за этот показатель.
Второе: снижается ли материалоемкость? Для поощрения этого процесса определенная доля сэкономленных средств должна оставаться на предприятиях в порядке стимулирования.
Третье: снижается ли трудоемкость продукции?
Фонд зарплаты должен находиться в прямой зависимости от количества фактически выпущенной продукции и ее трудоемкости. Наиболее целесообразно использовать для этой цели показатель НЧП. НЧП в нынешнем виде для этой цели не годится, так как в ней заложен разный уровень рентабельности. А в результате равное количество и качество труда, занятого на выпуске разной по рентабельности продукции, создают неодинаковый объем НЧП. По этой же причине НЧП не может быть достоверной базой и для норматива производительности труда: труд рабочего, занятого на высокорентабельные изделиях, будет более производительным, чем на малорентабельных.
Четвертое: снижается ли себестоимость, повышается ли рентабельность?
Пятое: растет ли фондоотдача?
Шестое: каково качество продукции?
Образно говоря, для наиболее достоверной оценки вклада хозяйственных звеньев в конечную продукцию и рационального сочетания общественных и коллективных интересов нужна научно обоснованная система показателей, рычагов и нормативов, учитывающая объективные экономические законы.
Могут спросить: а не много ли показателей? Не ограничится ли в этой связи самостоятельность предприятии и объединений? Думается, что такие опасения неоправданны. И вот почему. Большинство названных показателей формально определяется и сейчас. Но они не имеют реальной власти и не оказывают должного воздействия на повышение эффективности производства. Изучение капиталистического опыта показывает, что количество расчетных аналитических показателей не ограничивает самостоятельности руководителей. Ограничение происходит в условиях, когда показатели не стыкуются, противоречат друг другу и директор из трех зол должен выбирать наименьшее. Если он выполнит в полном объеме договоры, то недовыполнит объем реализации. Чему отдать предпочтение?
Или: если он выполнит полностью задание по важнейшим видам продукции, то не сможет обеспечить коллектив зарплатой. Качество продукции всегда находилось в определенном противоречии с ее количеством. Поэтому суть вопроса не в количестве показателей, а в их качестве!*

Но теперь Горбачева не было. И все приходилось начинать заново. С самого начала.
- Степан Арамаисович, у вас есть какие-то мысли по этой записке?
Ситарян старался не встречаться взглядом с Председателем Президиума – опасно. Особенно сейчас, когда вскрыли заговор в армянском КГБ, да такой что разогнали все управление, когда гремело дело о буржуазном национализме в Армянской ССР, когда шли разговоры о том чтобы вообще на время передать Армению под прямое управление Москвы…
- Наказывать надо… - глухо сказал он
Алиев нехорошо улыбнулся
- Кого?

- Кого наказывать? Если преступление совершают все, может, это уже и не преступление? А?
Алиев повернулся к Валовому
- Ваше мнение?
- Необходимо полностью перерабатывать основу управления народным хозяйством, Гейдар Алиевич. Система показателей уже не отвечает потребностям текущего момента. Фонд оплаты труда в проценте от вала – это корень порока, и это доказано практикой не раз.
Алиев сделал неопределенный жест рукой
- Ну, будут новые показатели. Думаете, не научатся обходить?

- В сущности, у нас сложилось две экономики. Одна официальная – с перевыполнением плана, с победными рапортами Съезду. И другая неофициальная. В которой на одного пойманного спекулянта – десять – двадцать непойманных. А не получается ли, что у нас уже два общества. Одно социалистическое, а другое…
Вопрос повис в воздухе.
- Что вы думаете о югославском пути, Дмитрий Васильевич? Тут мне записку ленинградцы положили – в рамках готовящейся экономической реформы. Превозносят как панацею от всех бед. Гайдар и еще, как его…
Алиев сверился с какими-то бумагами на столе
- Чубайс. Фамилии конечно…
- Что-то можно позаимствовать – сказал Валовой – но в целом югославский опыт для нас неприменим. Он только навредит. Сами югославские экономисты предупреждали нас – не идите по нашему пути. Набьете шишек.
- Интересно. Почему же?
- Югославский путь представляет собой попытку совместить капиталистическую и социалистическую системы. В ней каждое предприятие – это своего рода кооператив, он принадлежит рабочим, которые выбирают себе руководство – там оно выборное. Они не обязаны подчиняться государственным ценам и мерилом успешности работы для них выступает прибыль
- Чем-то напоминает НЭП.
- Да, только для повышения прибыли есть два пути. Первый – внедрять новую технику, осваивать новые изделия. Второй – поднять цены. Многие идут по самому простому пути.
- Но разве государство не контролирует цены? Хотя бы количеством денег в экономике?
Валовой покачал головой
- Не совсем так. Их экономика намного более открыта чем наша. Они могут самостоятельно поставлять свой товар на экспорт и многие так делают. Я видел агропромышленные объединения, в которых у каждого колхозника есть дом и личная машина. Они миллионеры так как весь товар поставляют на экспорт, в ближневосточные страны. Но у себя дома цены растут. Кроме того, они сами распоряжаются прибылью как хотят. Многие агропромышленные объединения например вместо того чтобы покупать новую технику, внедрять мелиорацию – строят на взморье дорогие пансионаты для туристов – они окупаются быстрее.

- Но в экономике нарастают перекосы.
- Какие именно?
- Ну, например, между республиками. Там не проводится политика выравнивания. Знаете, что в Белграде, столице страны только пару лет назад начали строить метро…

- Это потому что республики не хотели выделять деньги. Вообще то у их экономической системы есть и сильные стороны, повторюсь. Бюрократии намного меньше, особенно в вопросе экспорта. Если что-то пользуется спросом за границей – продавай. Покупать заграничное тоже намного проще чем у нас. Конечно, им проще, у них Европа рядом совсем. Они очень много зарабатывают туризмом, у них есть даже специальные магазины для иностранцев – они торгуют в динарах, но цены выше в несколько раз. Но… сильные стороны порождают и проблемы. Например, я был там в самом начале семидесятых, тогда Хорватия была в числе середняков. Но у нее лучшее побережье, большая часть побережья страны. Сейчас все оно застроено пансионатами, приезжают иностранные туристы, оставляют большие деньги. И вот уже Хорватия задается вопросом – а зачем с кем-то делиться?

- Или я уже упоминал – есть специальные места для торговли для туристов. Цены там бешеные. Бутылка воды может стоить в десять раз больше чем в обычном магазине. Получается, что в обычном магазине товара нет, а в туристическом…

- Жадность порождает совсем не социалистические настроения.
- Ваше мнение, Степан Арамаисович.
- Согласен с товарищем Валовым.
Алиев иронически посмотрел на академика
- Со всем сказанным?

- Новую систему показателей для промышленности разрабатывать безусловно надо. От этого никуда не уйдем. Вопрос в другом – для Уралмаша и для столовой – должны быть одни и те же показатели? И какой смысл нам управлять столовой – может, заняться Уралмашем?

- Проработайте несколько вариантов показателей, Степан Арамаисович. Вон, Правду подключите. Один обязательно с упором на прибыль. Уралмаш на прибыль работать не должен, он не для этого создан, а столовая… а почему бы нет?

- Я кстати, ваши статьи по дефицитам тоже прочитал, Дмитрий Васильевич. Очень правильные моменты там есть.

- При Сталине работали артели, была промышленная кооперация. Выпускали ту продукцию о которой вы пишете – с высокой долей ручного труда. И продавали на базаре. Нет – угробили все. Теперь оборонные, прочие машиностроительные заводы – в нагрузку производят скрепки, ложки, чашки, кастрюли. У директора завода, который выпускает ракеты – голова болит из-за плана по сковородкам!

- Проработайте восстановление системы промкооперации. Это все.

В коридоре – Ситарян остановился. Оперся об стену
- Что? – забеспокоился Валовой – сердце?
- Да нет… зачем ты полез только…

- Жили люди спокойно – нет…
- Ты понимаешь, что если ничего не менять, к двухтысячному нас ждет крах? В моих расчетах это есть.
- Да какой крах… скажешь тоже.

* Записка подлинная


Tags: история, отрывки из книг
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments