Александр Афанасьев (werewolf0001) wrote,
Александр Афанасьев
werewolf0001

Categories:

Зовущие к огню


21 сентября 2019 года
Россия, Москва

Меня – атомный взрыв в Чикаго застал на своем рабочем месте, в центре Москвы. И узнал я о нем… наверное в числе первых. Просто у меня есть брокерские счета, и я понемногу поигрываю на рынке. Неплохо, надо сказать поигрываю. С хорошей доходностью.
У меня было совещание – и вдруг начал дергаться мобильный. У меня на нем Квик настроен, программа для торгов и еще кое-что – в случае резких движений на рынке смартфон автоматически дает знать, посылает СМС и начинает дергаться. А тут он начал дергаться и звонить непрерывно.
Я открыл программу и буквально в режиме реального времени увидел, как пустеют стаканы снизу, а сверху заявок становится все больше и больше*. Задергался доллар, пошел прямой линией вверх, потом дернулся вниз, потом опять вверх. Точно так же, одной отвесной чертой шли вниз все бумаги. У меня в деньгах было, от дивидендов, да и просто некоторые позиции я прикрыл до этого – так что кое-каких первоклассных бумаг я успел купить на panic sell. Потом остановили торги – сразу по всему рынку.
Я прервал совещание, вышел в свой кабинет, сунулся на новостную ленту. И узнал, что в Чикаго произошел атомный взрыв...

- Послушай меня…

- Вика, послушай…
…!!!
- Б… заткнись и послушай меня! Сейчас же взяла, с..а, машину, забрала Лешку из школы и марш, б… к родителям. Там пересидите пока. Ты что, б…, радио не слушаешь?! Америку взорвали!

- Каком кверху! Бери Лешку в охапку и уматывайте из города сейчас же!

- Нет, не на самолете, рейсы наверняка отменят или еще что-то может случиться. Не надо на Бали, не надо. Езжай в Вологду к родителям, там пересидишь.

- Нет, я тут останусь. Потому что надо. Времени нет, бери машину, и езжай. Перезвоню. Все, давай.
Ну, вот. Поговорил с женой, называется. Или бывшей женой. А может и не бывшей. Не знаю я. И что делать, не знаю.
И что будет – тоже не знаю.
В голове одно – доигрались. Допрыгались. Доехали, доплюхали. Атомный взрыв в городе – это не играшки уже, это полномасштабная война. Сейчас – тем более, когда все и так на волоске висит.
США, Китай, Россия. У всех свои интересы, у всех свои противоречия. Но в какой-то момент стало понятно, что всех, абсолютно всех – не устраивает то что есть сейчас. Даже американцы считают, что в современной модели мира их обделили, что они слишком много делают для этого мира и слишком мало получают взамен. Китайцы хотят стать первыми. Что касается нас – то наша доктрина очевидна: распад СССР был крупнейшей геополитической катастрофой двадцатого века. Я не знаю, что в нашей сегодняшней позиции больше – желания восстановить Россию как сверхдержаву – или желания отомстить за обман и пренебрежение, которые были – и то и другое. Наверное, всего понемногу. Но правда в том, что если тянуть в разные стороны – то оно рано или поздно порвется.
Оно и порвалось.
Будет как в четырнадцатом. Тысяча девятьсот четырнадцатом. Никто не захочет уступать… никто не захочет отступать. Сейчас уже не 2001 год, и если тогда перед американцами все почтительно склонили выю – то сейчас этого не будет. И понесется.
- Виктор Александрович.
Я не обернулся. Даша подошла ближе
- Всем ушли.
- Хорошо…
Она подошла еще ближе.
- Витя… это правда, да?
- Ну раз пишут, значит так и есть.
- И что будет….

- Война?
Да… это страшное слово «война», от которого мы уже отвыкли. А ведь будет… наверное.
- Наверное.
Решившись, я подошел к столу, достал ключи от новой дачи, несколько банковских пачек долларов.
- Езжай по Новой Риге. Восемьдесят девятый километр. Поселок Старая Англия, двадцать третий дом. Запрись и жди меня там.
- А ты?
- Капитан покидает корабль последним. Или не покидает его вовсе. Всё… - я начал злиться – езжай, пока…
И тут зазвонил телефон

Прямо у самой МКАД, в лесном массиве – есть принадлежащий сейчас ФСБ объект АБЦ. Переводится как Архивно-библиотечный центр. Строили его еще при СССР, как элитную гостиницу для своих, и как место для работы с перебежчиками. Здесь же – заговорщики из ГКЧП собирались, чтобы проговорить свои дальнейшие планы – и кончилось это как мы знаем – плохо. И для них и для страны.
Сейчас АБЦ частично отдан под серверы, частично не работает. Так, используется время от времени, если надо собраться в узком кругу. Самое ценное тут – лес и ландшафтный дизайн, в который вгрохали огромные усилия и деньги. Само здание – мрачное, унылое, по сегодняшним меркам уродливое и не слишком большое. У некоторых из нас виллы больше. Обстановка тут тоже была - из девяностых, если не из восьмидесятых. Как машина времени…
Добираться сюда было удобно – я подъехал через полчаса, заметив на улицах какое-то нервное движение – но эвакуацию Москвы еще не объявляли. Президент, наверное, уже не в Кремле, а летит на Урал, там где находится бункер и запасной командный центр, а министр обороны – в Подмосковье, в бункере, построенном на стометровой глубине. Его совсем недавно открыли, по сравнению с брежневским, старым – монстр. Никакая боеголовка, даже проникающая – и близко не возьмет. Там пять метров железобетона залито, и проложено листами легированной стали и свинца.
А здесь был Чикишев, Виктор Фридрихович, генерал-полковник, сейчас заместитель министра обороны. Но он всегда был разведчиком. Для меня он… ну как ротный, хотя у нас это слово значения не имеет. Он меня поднял. Еще тогда, в первой Чечне выделил – он был из центрального аппарата, а я – молодой республиканский опер, кинутый на амбразуру. Он меня заметил, приблизил. Дал заработать первые деньги. Перевел в Москву. Тянул наверх каждый раз как делал шаг сам. Благодаря ему я стал генералом, благодаря ему я стал богатым человеком. Все благодаря ему.
Сейчас он сидел в беседке и смотрел на лес. На дорожке стояла охрана, но увидев меня не шевельнулись даже. Не первый год работают, и знают – кого можно к шефу допускать без вопросов и без допросов.
- Виктор Фридрихович…
- Присядь.
Я сделал, как было сказано. Чикишев смотрел на лес, потом глухо, неприязненно буркнул
- Доигрались…
И добавил
- Мы с тобой
Я ничего не понял, но продолжал слушать.
- Тебе не звонили еще?
- Вы первый, Виктор Фридрихович…
- Значит, позвонят. Вот, посмотри, что прислали. С…и.
Я взял смартфон – защищенный кстати – и включил ролик
Черный флаг. Люди с автоматами. Какие-то ящики. Амир – его лицо открыто, молодое, с редкой, короткой бороденкой.
Век бы не видеть… как мне это все надоело…
Во имя Аллаха, милостивого и милосердного, Господа миров, того, кого Аллах направил, того никто не собьет, а того, кого Аллах сбил, того никто не направит. Я Адам аль-Шишани, раб Аллаха, выполняя волю Аллаха Всевышнего, гласящую «Когда же завершатся запретные месяцы, то убивайте многобожников, где бы вы их ни обнаружили, берите их в плен, осаждайте их и устраивайте для них любую засаду» объявляю джихад двум главным рабам Ислама – амрикани и русистам. На этом пути - я уже уничтожил город амрикани. Тем самым я действовал во имя Аллаха и жестоко отомстил за все страдания и притеснения, какие причинялись мусульманам амрикани.
Я подтверждаю тавбу праведному Халифу Исламского государства Абу Бакру аль-Багдади и заявляю, что действую только по воле Аллаха, выраженной словами и делами Халифа. Я являюсь воином Аллаха и намерен идти до конца.
Говорят, что Исламское государство потерпело крах, но это миф. Мы и есть Исламское государство. Исходя из установлений Корана, гласящего "Я послан с мечом до самого судного дня пока не будет покинуты все ширки и не установится поклонение только Аллаху" – мы объявляем тотальный джихад всем многобожникам, безбожникам, лицемерам и угнетателям, на священной земле Османской Империи и будем вести его до того, пока не свергнем куфарскую власть, и не установим шариат Аллаха на каждом клочке этой земли.
О, русские! О американцы! Я даю вам ровно две недели на то чтобы освободить все земли, которые по праву принадлежат мусульманам от своего присутствия. А если вы не сделаете, ваша земля сгорит в огне. И миллионы матерей будут оплакивать своих сыновей и дочерей, а миллионы мужей – свои семьи, и так будет только потому что вы преступали и преступаете.
А если вы думаете, что ваши армии, и ваши соглядатаи остановят меня, я напомню вам что написано в суре восемьдесят девять. А в ней написано: Во имя Аллаха, Всемилостивого и Милосердного! Клянусь зарею, клянусь десятью ночами, клянусь и четом и нечетом, клянусь ночью на ее исходе! Неужели этих клятв не достаточно для мужа разумного? Неужели ты не думал о том, как поступил твой Господь с народом ‘Ада? С народом Ирама, воздвигшим величавые строения, подобных которым не было создано в какой-либо стране?. С самудитами, которые высекали в скалах ущелья свои жилища? С Фир’ауном могущественным? С теми, которые преступали дозволенное в различных странах и приумножали в них нечестие? Тогда твой Господь обрушил на них тяжкую плеть наказания: Воистину, твой Господь — словно в засаде.
Мы предупредили и вас. Каждый угнетатель умрет. Каждый, кто не следует шариату, тоже умрет.
Аллаху Акбар! Аллаху Акбар!
Запись остановилась.
- Когда это пришло? – спросил я
- Пять часов назад.
Здорово. П…ц нечаянно нагрянет, когда его совсем не ждешь. И каждый вечер сразу станет удивительно хорош.
И ты поешь…
Запоешь тут, когда яйца дверью прищемили.
- Установили?
- Да. Аюб Оздоев.
Мне показалось, что я начинаю падать… падаю куда-то. Что под ногами –больше нет пола.
- Оздоев?
- Он самый – тяжело сказал Чикишев – теперь понимаешь, почему я тебя сюда вызвал?

- Если американцы узнают – всем п…ц.
- А если у нас узнают?
Чикишев не ответил.
А если у нас узнают – тоже по голове не погладят. Потому что «бригадный генерал» армии республики Ичкерия Адам Оздоев – официально погиб в результате успешной спецоперации. За которую и у меня и у того с кем я разговариваю – есть боевые награды. Фактически же…
С..а.
- Он ему кто?
- Как я понял, сын. От второй жены.
Я примерно прикинул – да, по возрасту подходит.
- Он что, о…л?
- Это ты у него спросишь.
- Я?!
- Ты, ты. Ты ведь его вел.
Ах ты, тварь…
Б…
Система во всем ее величии. Твоя победа, это моя победа, а твои проблемы, это твои проблемы.
Так и никак иначе. Хотя ни кто иной, как генерал-полковник Чикишев, тогда еще простой капитан, прикомандированный к штабу группировки – договаривался с Адамом Оздоевым о том, сколько будет стоить его смерть. Я даже знаю сумму, которую заплатил Оздоев за свою смерть. Два миллиона долларов…
Смерть… это только для лохов – конец всего и вся. Для таких, как Оздоев – это новое начало. Погиб – и тебя разом перестают искать, исключают из всех списков, можно начинать новую жизнь. Ехать в Турцию, в Дубай. К семье, к детям, к деньгам наворованным, нацареванным на горе и на крови. С..а.
Оздоев купил свою смерть. Я до сих пор помню, сколько Чикишев дал мне. Тысячу долларов США. За то, что я был одним из тех, кто стрелял, а потом вывез Оздоева на точку, где его подобрала машина – это был Хасавюрт. Но теперь эта с..а – намекает, что это я все устроил. Хотя я получил штуку. А Чикишев – оставшиеся 1999000 долларов США. Понятно, что и он себе не оставил, почти все отправил наверх…
Думаете, я от вас сочувствия жду. Да нет. Я на него права не имею. По совести – нас всех, Чикишева, меня, еще многих – надо поставить к стенке по совокупности того что мы сделали. Я вот только не пойму, как я вляпался в это за тысячу долларов. Ведь американцы – не мы, если узнают, что мы такое делали, вычеркивали за деньги террористов из списков – п…ц.
А Чикишев в своем уме. И в своем праве. Он мой начальник и тогда и сейчас. С той тысячи долларов – начиналось мое падение, это были первые деньги, которые я взял. Во время второй кампании – я брал уже сотни тысяч и миллионы.
Потом тот же Чикишев – вывел меня в действующий резерв, устроил в Газпром на зарплату с шестью нулями. Но за всё надо платить. Одно из правил системы – начальник за тебя свою ж… никогда не подставит. Его проблемы – это твои проблемы. И твои проблемы – это твои проблемы.
- Как же это случилось? – сказал я, пытаясь потянуть время
- Как-как, какая разница. Проблему надо решать. Пиндосы или установили Оздоева или вот-вот установят. Надо их опередить.
Так и есть…
- С сегодняшнего дня ты отозван из действующего резерва. Официально до тебя завтра доведут, но я тебе сказал. Вылетишь в Дубай, Оздоев там.
- Который – перебил я
- Старший. По крайней мере, я слышал, что он там, координаты я дам. Надо узнать, где младший. И решить проблему, пока американцы до него не добрались.
Нда… самое главное не то, что нам угрожают атомным оружием, а то, что если Оздоева возьмут, то он может рассказать про два лимона.
- В Дубае проблему не решить.
- Решишь. Я позвоню… короче, тебе будет придана группа. Спецы.
- Боширов и Петров?
- Не хами! Проблему Оздоева надо решить. И старшего и младшего.
Я покачал головой
- Что?
- Так нельзя.
- Как это понимать?
- Понимать так, что так нельзя. Мы не найдем так Оздоева. Только проблем на загривок себе огребем.
Я в этот момент совершал по аппаратным меркам преступление. Перечил начальнику. Но сейчас мы все были в одной лодке.
Подельники.
И Чикишев это хорошо понимал
- Что предлагаешь? – отвернулся снова к лесу он
- Лететь не в Дубай, а в Грозный. Проблему Оздоевых должны решить сами чеченцы. Если его уберем мы – этого не забудут.
Чикишев подумал. Потом недовольно спросил
- А им это зачем?
- А затем что они с нами в одной лодке. Они подписались. И действия Оздоева – бьют по ним не меньше, чем по нам.
Я помолчал и добавил
- А чтобы было убедительнее, Виктор Фридрихович… надо кое-что сделать.

* Биржевой термин. Он означает, что заявок на покупку, которые расположены внизу – все меньше, а заявок на продажу – все больше и больше.


Tags: отрывки из книг, песдец
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments