Александр Афанасьев (werewolf0001) wrote,
Александр Афанасьев
werewolf0001

Categories:

Нация vs Империя. Враги


Nowa Europa Wschodnia, Польша
Начальные кадры, в которых звучит цитата «основная цель России — это завоевания» и появляется суровый портрет Сталина, не оставляют сомнений в основной идее фильма «Тени империи». По словам автора, это фильм о вине России перед людьми, живущими в непризнанных республиках и втянутыми в войну. Автор надеется заинтересовать фильмом Запад, который якобы понимает Россию хуже, чем настрадавшаяся от нее Польша.

Интервью с Томашем Гживачевским (Tomasz Grzywaczewski) — автором книги «Границы мечтаний: о непризнанных государствах» и соавтором сценария документального фильма «Тени империи».
Nowa Europa Wschodnia: Фильм «Тени империи», премьера которого состоится 26 июля, был создан на основе книги «Границы мечтаний». В ней Вы описываете восточноевропейские непризнанные государства, путешествуя на пространстве от Донбасса и Приднестровья до Абхазии, Южной Осетии и Нагорного Карабаха. Что Вам удалось перенести из книги в фильм?
Томаш Гживачевский: Легче сказать, чего мы не перенесли в фильм. Книга дает широкий политический и культурный контекст функционирования непризнанных государств, а центром сюжета «Границы мечтаний» стали, конечно, простые люди, хотя общественно-политический фон там присутствует тоже. В нашей картине мы сосредоточились на личных историях героев. Основная задача в работе над сценарием заключалась не в том, чтобы что-то дописать, а в том, чтобы что-то вычеркнуть. Мы вместе с режиссером Каролем Старнавским (Karol Starnawski) и моим соавтором Давидом Вильдштейном (Dawid Wildstein) отказались от многих сюжетных линий, оставив те, которые будут хорошо смотреться на большом экране. В итоге мы решили выбрать истории двух героев: Александра из Грузии, судьба которого связана с грузино-абхазской войной, и Алексея — молодого рэпера из Нагорного Карабаха. Эти два рассказа мы дополнили третьим, которого нет в книге. Это история Тимура — бежавшего из Крыма украинца, который воевал в добровольческих батальонах в Донбассе. Контакт с ним поддерживал Давид Вильдштейн.
Это не экранизация книги, а развитие темы. Мы начинаем наши истории на том месте, где они заканчиваются в моем повествовании. Самый яркий пример — окончание «Границы мечтаний», в котором появляется тема пропавшей сестры ветерана грузино-абхазской войны Александра, которую мне удалось найти. Спустя 30 лет она узнает, что ее брат жив. На этом моменте книга заканчивается, а в фильме мы показываем их встречу, дописывая таким образом новую главу.
— Сложно ли было уговорить героев рассказать свои личные истории?
— Это было не так сложно, как мне казалось сначала. Идея снять фильм появилась в процессе написания книги. Путешествуя и собирая материал, я уже размышлял о том, что хотел бы сделать на основе своей книги кино, и прикидывал, кто из героев мог бы в нем появиться. Я думал об Александре, Алексее и нескольких других людях, для которых не нашлось позже места в сценарии. Я говорил им, что хочу сделать фильм, и спрашивал, готовы ли они в нем сняться. Так они привыкали к мысли о том, что, возможно, их будут снимать, это упростило нам позже задачу. Я продолжал поддерживать с ними контакт, выстраивая личные отношения и постепенно готовя к мысли о съемках. В наше время поддерживать контакты очень легко: и в Нагорном Карабахе, и на грузино-абхазской границе есть интернет, работают Фейсбук и Вконтакте, так что я мог постоянно общаться с героями моей книги, а потом и фильма.
— Как выглядит путешествие по непризнанным государствам? Это, пожалуй, не самые популярные туристические направления. Вы говорите, что проблем с интернетом там нет, а как выглядят другие аспекты?
— Зависит, о каком государстве мы говорим. Живя в признанном государстве, мы склонны грести их все под одну гребенку, что совершенно естественно: сложно отличить эти места одно от другого, если мы там не бывали. Однако непризнанные государства сильно отличаются друг от друга. Попасть в Нагорный Карабах можно совершенно спокойно, если въезжать туда со стороны Армении (это, правда, нарушение международного права, но не будем сейчас об этом). Вы просто пересекаете армяно-карабахскую границу и идете в Степанакерте в специальное учреждение за туристической визой.
Если вы собираетесь в Абхазию, запрос на получение визы следует подать заранее. Это можно сделать на сайте абхазского министерства иностранных дел (у него есть англоязычная версия). Вы заполняете визовую анкету, а потом получаете разрешение на въезд, которое нужно распечатать и предъявить на грузино-абхазской границе. В целом, скорее всего, вас пустят, хотя время от времени границу закрывают.
В свою очередь, в Южную Осетию въехать очень сложно, я туда не попал. Эту главу книги я писал в Северной Осетии — регионе Российской Федерации. Там живет множество осетин с юга, с которыми я смог свободно побеседовать. Отказ в визе был связан с политической стратегией: в Южную Осетию не впускают туристов с Запада, а тем более журналистов или исследователей, то есть людей, которые выглядят с точки зрения властей ненадежными. Они не хотят, чтобы те там крутились и выискивали секреты (в том числе российские), ведь Южная Осетия — это российская военная база.
Больше всего ориентирован на туристов, пожалуй, Нагорный Карабах. Там работают информационные пункты, издаются туристические брошюры. На линии фронта, правда, до сих пор случаются столкновения, но в столице или в знаменитых монастырях Дадиванк и Гандзасар безопасно. Карабахское руководство старается продвигать туризм, тогда как Южная Осетия не хочет, чтобы к ней проявляли какой-либо интерес.
Очень любопытно в Приднестровье. Оно находится ближе всего от нас, туда можно поехать на машине. Виза не требуется, на месте нужно только зарегистрироваться в милиции. Местные жители почувствовали туристическую конъюнктуру: они пытаются рекламировать Приднестровье как музей коммунизма, предлагая туристам отправиться в настоящий Советский Союз, перенестись на 30-40 лет в прошлое, в брежневскую эпоху. Капитализм способен найти коммунизму применение.
— Вернемся к фильму. Начальные кадры, в которых звучит цитата со словами «основная цель России — это завоевания» и появляется суровый портрет Сталина, пожалуй, не оставляют сомнений в том, какова была ваша основная идея. Лента служит предостережением о российском экспансионизме?
— Да, задумка была такая. Это фильм о людях, втянутых в войну, универсальный рассказ о том, как конфликты разрушают людские жизни: мы видим юность Алексея, старость Александра. Лучше всего обобщают идею фильма слова второго из упомянутых героев. Он говорит, что война не принесла ему ни поражения, ни победы. Войны проигрывают и выигрывают только сильные мира сего, для простых людей — это страдания, потери, ощущение испорченной жизни. То есть в ленте есть универсальное послание.
Одновременно я не хотел, чтобы зрители сделали следующий вывод: империя, о которой идет речь, осталась неназванной, значит, фильм рассказывает исключительно об универсальных явлениях, о том, что державы несут ответственность за развязывание войн. В этом конкретном случае войны провоцировала в первую очередь или исключительно (если говорить о Донбассе) Россия. Раньше этим занимался Советский Союз, который перемещал народы и разбрасывал эти бомбы замедленного действия, сея в людях ненависть, руководствуясь старым, как мир принципом «разделяй и властвуй».
Некоторые говорят, что Россия — не СССР. Ничего подобного: Советский Союз превратился в современную Российскую Федерацию, которая выступает его правопреемницей. Сегодняшний империализм Владимира Путина, который старается восстановить советскую сферу влияния, это продолжение политики провоцирования розни. В фильме мы четко об этом говорим, предостерегая об опасностях, связанных не с американским, камбоджийским, аргентинским или марсианским, а именно с российским империализмом.
— Как Вы думаете, сможете ли Вы донести свою мысль до Запада, где уже забыли не только о том, какую роль сыграла Россия в Абхазии или Нагорном Карабахе, но даже о том, что в Донбассе до сих пор продолжается война.
— Мы занимаемся тем, чтобы наш фильм увидели в Западной Европе и США. Снимая картину, мы думали, что хотим адресовать ее в том числе западным зрителям, а не одним только полякам, которые и так знают, какой может быть Россия. Об этих конфликтах уже не пишут на первых полосах газет, так что о них тем более следует напоминать.


Трудно ожидать какой-то объективности от поляка, но вопрос ведь не в том что поляк - это поляк. Вопрос в том, что Польша и Россия построены на принципиально разных фундаментах и это делает вражду неустранимой, а видение ситуации - априори разным.
Польша - это национальное государство, причем практически моноэтничное и монорелигиозное. Поляков в Польше более 90 %. Такой Польша стала в результате двух войн и произошедших зверств, в частности холокоста, а потом и массового переселения, украинцев и немцев. Согласно современным воззрениям - это преступления, но они уже совершены и Польша строится на их результатах. В тот короткий период Интербеллума, когда Польша была империей, она сама творила угнетения и зверства, причем покруче чем Россия.
С 1991 года мы имеем дело с ситуацией распавшейся Империи и попытках строительства национальных государств. Практически везде избрана концепция именно нации, а не гражданского общества. На Украине это привело к гражданской войне, в Грузии к тяжелому конфликту с "безгосударственными" абхазами и осетинами, в Нагорном Карабахе и Приднестровье - к сепаратизму. У всех этих конфликтов один исток - отказ части населения вступить в чужой национальный проект и повергнуться ущемлению своих прав. Пока была империя, все это не имело значения. Как только империи не стало...
Поляки это не то что не видят. Просто они предлагают использовать свой опыт - изгнания или убийства для того чтобы построить нацию. Россия не дает этого сделать, потому она враг, она срывает, и возможно окончательно попытки национального строительства на бывшей имперской территории. Но суть конфликта - не в Путине, не в России - а в том, допустимо ли массово убивать чужих ради того чтобы создать свою нацию. В 20 веке получилось - да, допустимо. Что скажем мы в веке двадцать первом?



Tags: Постсоветское пространство, общество, политика, собственные статьи
Subscribe
Buy for 100 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 67 comments