Призраки Лондона
продолжение истории
- Или вы сейчас поднимете трубку, мисс Рид и объявите о срочной эвакуации здания. Потом скажете, что это была учебная тревога. Антитеррористическая, отработка эвакуации скажем. И мы втроем выйдем из здания, после чего расстанемся.
Я видел, как колеблется Рид. Гастингс сделал еще шаг к двери… небольшой такой
- Будьте мужчиной, коммандер – укорил его я – хотя бы сейчас. Не оставляйте даму в беде
Судя по тому, как он покраснел… кажется я в точку попал. Ну и зоопарк…
- Вам придется покинуть Лондон – сказала мисс Рид – и как можно быстрее
- Не хочу ничего больше, чем этого. Лондон мне… осточертел.
Она еще размышляла… но недолго. Потом – протянула руку, подчеркнуто медленно сняла трубку, набрала номер.
- Филипп… это я. Объяви эвакуацию всего здания. Учебная тревога… да, я знаю. Сделай это немедленно.
Мы стояли и смотрели друг на друга, пока не зазвенел звонок
Телохранитель запоздал – одиннадцать секунд. Из кабинета мы вышли уже вчетвером, вливаясь в толпу, идущую к пожарным лестницам. Никто ничего не посмел предпринять.
Спустились вниз, прошли контроль – там сейчас никого не проверяли. Вместе со всеми вышли на улицу. Телохранитель шел впереди… может и он такой-же?
Крыша уже едет.
Народа было полно – в Скотланд-Ярде много посетителей…
Проходим контроль… никто и не пытается контролировать, открыты все выходы, как я и предполагал – по протоколу надо как можно быстрее вывести людей из здания.
Как только мы оказались на улице, я резко ушел в сторону, начал протискиваться через толпу, невежливо расталкивая людей. Оглянулся – мисс Рид что-то говорила охраннику, показывая в мою сторону.
Вот же мразь!
Я еще увеличил скорость…
Вырвался! Здесь уже стояли пожарные и полицейские машины, на меня никто не обратил внимания
Не бежать! Побежишь – кранты, на бегущего всегда обращают внимание. Могут попытаться остановить чисто инстинктивно.
Хватает вооруженной полиции. В Лондоне есть безоружная полиция, а есть вооруженная. Последней все больше и больше. Тем более здесь – по левую руку Вестминстер, там полно и полиции и службы безопасности.
Я уходил к Миллбенк. Быстрым шагом, почти переходя на бег. В очередной раз обернувшись, я увидел преследователей – коммандер Гастингс и с ним еще трое.
Козлы.
Я уже бегом выбежал на Миллбенк, растолкал людей и прыгнул на уже отходящий теплоход London River Services. За спиной послышались возмущенные крики… да, тут так не принято.
Уже на ходу, перевалился на борт – тут открытое пространство. Стараясь выглядеть нормально, прошел в салон. Ко мне уже спешил стюард
- Сэр, вы что с ума сошли?
- Я через четыре часа улетаю из Лондона, а мне так хочется увидеть ваш город с воды...
Сердце стюарда смягчилось.
- Займите место, сэр. С вас тридцать два фунта за двухчасовой круиз.
Я достал ойстер
- Скидка будет?
- Разумеется, сэр, десять процентов
На самом деле я сойду уже на следующей – в бардаке они вряд ли успеют передать информацию, да и побоятся. Но потом…
Только у меня – есть куда идти.
Как я и предполагал – на пирсе меня никто не ждал.
Я сел на автобус и на нем уехал из центра в дурной район… Кэмден-Таун называется. Он кстати не так далеко от центра. Район пакистанцев и прочей мусульманской гопоты. Именно про него снимали «Мою прекрасную прачечную».
В прачечную я и зашел… такие, кстати, работают и по заказам дорогих отелей и те кто платит по две штуки в день за номер, и не подозревает, что белье им стирают гастарбайтеры. Прачечная была в полуподвальном этаже, меня привлекло то, что я увидел в окне обычную одежду, и там была еще надпись «Химчистка». Пожилой мусульманин поднял на меня слезящиеся от сырости и химикатов глаза.
- Да, сэр, вы хотели бы сделать заказ?
Я положил на сто бумажку в пятьдесят фунтов стерлингов – вероятно, прибыль этого бедняги за неделю.
- Ла иллахи илла Ллагъ Мухаммед расуль Аллах – сказал я
В глазах пакистанца плеснулся страх
- Мне нужна одежда. Из сэконд-хенда, обязательно чтобы куртка с капюшоном. Мою продашь, фунтов сто точно получишь.
…
- Если вывезешь меня на своем фургончике отсюда, получишь еще столько же и довольство Аллаха. А если сообщишь в полицию обо мне, Аллах тебя покарает. Руками моих друзей.
Не забыть бы забрать пистолет. Я опять без оружия. Отправляясь в Скотланд-Ярд пистолет я спрятал. Неудобно так – то прятать, то доставать.
Пакистанец не обманул – дал мне куртку, вывез меня из района на своем фургончике, таком же пожилом как и он сам. Я его тоже не обманул – заплатил обещанное и пожелал чтобы Аллах был им доволен…
Пересаживаясь с автобуса на автобус – я приехал сюда. В жилой район. Кэнери-Уорф отсюда виден, но тут типично британский жилой район, просто хоть на картинку.
Старые дома из темного кирпича. Для аппер-миддл-класс тридцатых годов. Два этажа, чердак и ground floor. Здесь это на самом деле ground floor – жилой подвал. Я не большой специалист по британской истории, но как то слышал, что ground floor появились из-за того что в Лондоне почва все-таки непрочная, болотистая, особенно по берегам – и построенные дома постепенно оседали. Но так как строить новые было слишком дорого, и поднимать тоже – британцы просто копали перед входом на бывший первый этаж что-то вроде ямы с лестницей и так жили, а на второй – делали новый вход. В яме размещали горшки с цветами и растениями, чтобы не так мрачно было, и чтобы растения поглощали излишнюю влагу.
У меня тут растений нет – высохли бы. Хотя гриль есть – пустой. Скамеечка. Кадки для растений.
Пошарившись в одной из них я нашел ключи. Щелкнул замком.
Home, sweet home…
Знакомые стены – я их так и оставил кирпичными, в стиле лофт. Подобранная на распродажах старая мебель. Коврики.
Я открыл шифоньер… тут висел мой любимый твидовый пиджак, который бы носить и носить, если бы не камеры повсюду и не тот факт, что меня теперь ищет полиция и хорошо если только полиция. Увы, сейчас без капюшона или какого-то головного убора, скрывающего или искажающего лицо – в Лондоне не выжить…
Я сел на диван. Интересно, Виздом тоже с ними? Если так то я сильно разочаруюсь в долбаном человечестве.
Камин не горит. Наверное, и нет смысла топить, тем более надо идти в магазин, покупать уголь, жидкость для розжига…
Документы лежали в тайнике, в диване – под баром в угловой стойке…
На самом деле, это и была моя тайна. Которую я кропотливо создавал для себя много – много лет.
Зачем? Мало ли.
Знакомьтесь, Алекс Скиделски. Это я. Фамилия в честь профессора Скидельского, писателя и экономиста русско-еврейского происхождения. Ксиву мне - и не только мне - сделал продажный польский разведчик, который учился у нас, и который хотел таким образом отомстить уволившему его правительству Качиньского. Так - мы обзавелись подлинными польскими документами, а потом кто хотел - "эмигрировал".
Уроженец Польши, там же учился, но переехал в Лондон. В собственности – ван бедрум, примерно четыреста тысяч фунтов по нынешнему курсу и ценам. В приличном районе и полностью выкупленная.
Полностью пройденная процедура адаптации – рабочая виза Tier 2, затем вид на жительство ILR, Indefinite Leave to Remain и подданство. Два счета HSBC - Cash ISA и Regular Saver. Один расчетный, для оплаты текущих счетов, другой для сбережений. На них обоих сейчас тысяч сорок фунтов найдется. Может, даже пятьдесят. Плюс карта Revolut* для международных расчетов, там тоже что-то имеется.
Никаких долгов, никаких неоплаченных счетов – совершенно законопослушный подданный Ее Величества, который долгое время работал на континенте. С недвижимостью, со счетами, с видом на жительство, даже с аккаунтами в социальных сетях, правда, не совсем активными.
Ищите ветра в поле, господа…
Переждать несколько дней, отлежаться – пока схлынет первая волна поисков. Затем…
Нет, резидентура исключается, там следят круглые сутки, запалишься в момент. Надо будет внимательно проследить за Виздомом, понять, на чьей он стороне. Если на стороне нормальных людей – в самом прямом смысле этого слова, потому что против нас не нормальные люди с другим паспортом, а извращенцы, губители детей – так вот, если Виздом не с ними, надо размотать связь Рид с этим кодлом извращенцев. Не просто же так они меня принять пытались, просто немного не рассчитали. И надо попытаться вскрыть и хорошенько задокументировать хотя бы одно реальное преступление против ребенка. С этим они ничего не поделают уже.
И все таки… какая мразь… мразь просто конченая.
В супермаркет я не пошел. Поужинал консервами – тут они есть, и на грани срока, надо съедать и закупать новые. Потом заснул – в чужой стране, в чужом и ставшем мгновенно враждебным городе.
Спал я… да хорошо я спал. У меня все-таки все на своих местах. Мне было жаль Лося. Нам, как и врачам – нельзя пускать людские страдания в свою душу, иначе сломаешься. А Лось впустил. И вот до чего это его довело…
- Или вы сейчас поднимете трубку, мисс Рид и объявите о срочной эвакуации здания. Потом скажете, что это была учебная тревога. Антитеррористическая, отработка эвакуации скажем. И мы втроем выйдем из здания, после чего расстанемся.
Я видел, как колеблется Рид. Гастингс сделал еще шаг к двери… небольшой такой
- Будьте мужчиной, коммандер – укорил его я – хотя бы сейчас. Не оставляйте даму в беде
Судя по тому, как он покраснел… кажется я в точку попал. Ну и зоопарк…
- Вам придется покинуть Лондон – сказала мисс Рид – и как можно быстрее
- Не хочу ничего больше, чем этого. Лондон мне… осточертел.
Она еще размышляла… но недолго. Потом – протянула руку, подчеркнуто медленно сняла трубку, набрала номер.
- Филипп… это я. Объяви эвакуацию всего здания. Учебная тревога… да, я знаю. Сделай это немедленно.
Мы стояли и смотрели друг на друга, пока не зазвенел звонок
Телохранитель запоздал – одиннадцать секунд. Из кабинета мы вышли уже вчетвером, вливаясь в толпу, идущую к пожарным лестницам. Никто ничего не посмел предпринять.
Спустились вниз, прошли контроль – там сейчас никого не проверяли. Вместе со всеми вышли на улицу. Телохранитель шел впереди… может и он такой-же?
Крыша уже едет.
Народа было полно – в Скотланд-Ярде много посетителей…
Проходим контроль… никто и не пытается контролировать, открыты все выходы, как я и предполагал – по протоколу надо как можно быстрее вывести людей из здания.
Как только мы оказались на улице, я резко ушел в сторону, начал протискиваться через толпу, невежливо расталкивая людей. Оглянулся – мисс Рид что-то говорила охраннику, показывая в мою сторону.
Вот же мразь!
Я еще увеличил скорость…
Вырвался! Здесь уже стояли пожарные и полицейские машины, на меня никто не обратил внимания
Не бежать! Побежишь – кранты, на бегущего всегда обращают внимание. Могут попытаться остановить чисто инстинктивно.
Хватает вооруженной полиции. В Лондоне есть безоружная полиция, а есть вооруженная. Последней все больше и больше. Тем более здесь – по левую руку Вестминстер, там полно и полиции и службы безопасности.
Я уходил к Миллбенк. Быстрым шагом, почти переходя на бег. В очередной раз обернувшись, я увидел преследователей – коммандер Гастингс и с ним еще трое.
Козлы.
Я уже бегом выбежал на Миллбенк, растолкал людей и прыгнул на уже отходящий теплоход London River Services. За спиной послышались возмущенные крики… да, тут так не принято.
Уже на ходу, перевалился на борт – тут открытое пространство. Стараясь выглядеть нормально, прошел в салон. Ко мне уже спешил стюард
- Сэр, вы что с ума сошли?
- Я через четыре часа улетаю из Лондона, а мне так хочется увидеть ваш город с воды...
Сердце стюарда смягчилось.
- Займите место, сэр. С вас тридцать два фунта за двухчасовой круиз.
Я достал ойстер
- Скидка будет?
- Разумеется, сэр, десять процентов
На самом деле я сойду уже на следующей – в бардаке они вряд ли успеют передать информацию, да и побоятся. Но потом…
Только у меня – есть куда идти.
Как я и предполагал – на пирсе меня никто не ждал.
Я сел на автобус и на нем уехал из центра в дурной район… Кэмден-Таун называется. Он кстати не так далеко от центра. Район пакистанцев и прочей мусульманской гопоты. Именно про него снимали «Мою прекрасную прачечную».
В прачечную я и зашел… такие, кстати, работают и по заказам дорогих отелей и те кто платит по две штуки в день за номер, и не подозревает, что белье им стирают гастарбайтеры. Прачечная была в полуподвальном этаже, меня привлекло то, что я увидел в окне обычную одежду, и там была еще надпись «Химчистка». Пожилой мусульманин поднял на меня слезящиеся от сырости и химикатов глаза.
- Да, сэр, вы хотели бы сделать заказ?
Я положил на сто бумажку в пятьдесят фунтов стерлингов – вероятно, прибыль этого бедняги за неделю.
- Ла иллахи илла Ллагъ Мухаммед расуль Аллах – сказал я
В глазах пакистанца плеснулся страх
- Мне нужна одежда. Из сэконд-хенда, обязательно чтобы куртка с капюшоном. Мою продашь, фунтов сто точно получишь.
…
- Если вывезешь меня на своем фургончике отсюда, получишь еще столько же и довольство Аллаха. А если сообщишь в полицию обо мне, Аллах тебя покарает. Руками моих друзей.
Не забыть бы забрать пистолет. Я опять без оружия. Отправляясь в Скотланд-Ярд пистолет я спрятал. Неудобно так – то прятать, то доставать.
Пакистанец не обманул – дал мне куртку, вывез меня из района на своем фургончике, таком же пожилом как и он сам. Я его тоже не обманул – заплатил обещанное и пожелал чтобы Аллах был им доволен…
Пересаживаясь с автобуса на автобус – я приехал сюда. В жилой район. Кэнери-Уорф отсюда виден, но тут типично британский жилой район, просто хоть на картинку.
Старые дома из темного кирпича. Для аппер-миддл-класс тридцатых годов. Два этажа, чердак и ground floor. Здесь это на самом деле ground floor – жилой подвал. Я не большой специалист по британской истории, но как то слышал, что ground floor появились из-за того что в Лондоне почва все-таки непрочная, болотистая, особенно по берегам – и построенные дома постепенно оседали. Но так как строить новые было слишком дорого, и поднимать тоже – британцы просто копали перед входом на бывший первый этаж что-то вроде ямы с лестницей и так жили, а на второй – делали новый вход. В яме размещали горшки с цветами и растениями, чтобы не так мрачно было, и чтобы растения поглощали излишнюю влагу.
У меня тут растений нет – высохли бы. Хотя гриль есть – пустой. Скамеечка. Кадки для растений.
Пошарившись в одной из них я нашел ключи. Щелкнул замком.
Home, sweet home…
Знакомые стены – я их так и оставил кирпичными, в стиле лофт. Подобранная на распродажах старая мебель. Коврики.
Я открыл шифоньер… тут висел мой любимый твидовый пиджак, который бы носить и носить, если бы не камеры повсюду и не тот факт, что меня теперь ищет полиция и хорошо если только полиция. Увы, сейчас без капюшона или какого-то головного убора, скрывающего или искажающего лицо – в Лондоне не выжить…
Я сел на диван. Интересно, Виздом тоже с ними? Если так то я сильно разочаруюсь в долбаном человечестве.
Камин не горит. Наверное, и нет смысла топить, тем более надо идти в магазин, покупать уголь, жидкость для розжига…
Документы лежали в тайнике, в диване – под баром в угловой стойке…
На самом деле, это и была моя тайна. Которую я кропотливо создавал для себя много – много лет.
Зачем? Мало ли.
Знакомьтесь, Алекс Скиделски. Это я. Фамилия в честь профессора Скидельского, писателя и экономиста русско-еврейского происхождения. Ксиву мне - и не только мне - сделал продажный польский разведчик, который учился у нас, и который хотел таким образом отомстить уволившему его правительству Качиньского. Так - мы обзавелись подлинными польскими документами, а потом кто хотел - "эмигрировал".
Уроженец Польши, там же учился, но переехал в Лондон. В собственности – ван бедрум, примерно четыреста тысяч фунтов по нынешнему курсу и ценам. В приличном районе и полностью выкупленная.
Полностью пройденная процедура адаптации – рабочая виза Tier 2, затем вид на жительство ILR, Indefinite Leave to Remain и подданство. Два счета HSBC - Cash ISA и Regular Saver. Один расчетный, для оплаты текущих счетов, другой для сбережений. На них обоих сейчас тысяч сорок фунтов найдется. Может, даже пятьдесят. Плюс карта Revolut* для международных расчетов, там тоже что-то имеется.
Никаких долгов, никаких неоплаченных счетов – совершенно законопослушный подданный Ее Величества, который долгое время работал на континенте. С недвижимостью, со счетами, с видом на жительство, даже с аккаунтами в социальных сетях, правда, не совсем активными.
Ищите ветра в поле, господа…
Переждать несколько дней, отлежаться – пока схлынет первая волна поисков. Затем…
Нет, резидентура исключается, там следят круглые сутки, запалишься в момент. Надо будет внимательно проследить за Виздомом, понять, на чьей он стороне. Если на стороне нормальных людей – в самом прямом смысле этого слова, потому что против нас не нормальные люди с другим паспортом, а извращенцы, губители детей – так вот, если Виздом не с ними, надо размотать связь Рид с этим кодлом извращенцев. Не просто же так они меня принять пытались, просто немного не рассчитали. И надо попытаться вскрыть и хорошенько задокументировать хотя бы одно реальное преступление против ребенка. С этим они ничего не поделают уже.
И все таки… какая мразь… мразь просто конченая.
В супермаркет я не пошел. Поужинал консервами – тут они есть, и на грани срока, надо съедать и закупать новые. Потом заснул – в чужой стране, в чужом и ставшем мгновенно враждебным городе.
Спал я… да хорошо я спал. У меня все-таки все на своих местах. Мне было жаль Лося. Нам, как и врачам – нельзя пускать людские страдания в свою душу, иначе сломаешься. А Лось впустил. И вот до чего это его довело…