Исторические параллели
День спустя посол Германии в Петербурге барон Пурталес получил от канцлера Бюлова срочную телеграмму. В ней шеф германской дипломатии поручал послу известить русского министра иностранных дел о намерении Германии оказать давление на Вену, с тем чтобы последняя официально попросила великие державы аннулировать вышеупомянутую 25-ю статью Берлинских соглашений. Тем самым боснийский кризис был бы разрешен в пользу Австро-Венгрии, но остальные державы получали возможность сохранить лицо. Немцы, однако, выдвигали условием своей посреднической миссии предварительное согласие России с ликвидацией статьи 25 — то есть фактически с аннексией Боснии и Герцеговины. В послании Бюлова содержались угрожающие строки о том, что Германия будет считать любой «неясный ответ» или выдвижение русской стороной каких-либо дополнительных условий «равносильным отказу» и в таком случае «предоставит события их естественному ходу; вся ответственность при этом падет на господина Извольского». Возможностей для дальнейшего сопротивления у Петербурга не было. Согласившись с предложением Германии, Россия проиграла, но сделала шаг к мирному разрешению боснийского кризиса
Это отрывок из книги Я. Шимова "Габсбурги", в которой описан первый шаг к Первой мировой - Боснийский кризис. Напомню, что Австро-Венгрия и так де-факто владела Боснией, но де-юре оккупировать ее не могла. Тогда новый амбициозный министр иностранных дел Эренталь предложил России в лице министра Извольского согласиться с оккупацией в обмен на открытие Проливов. Проблема была в том, что вопрос открытия Проливов решала не Австро-Венгрия, но Извольский согласился и тем самым "зевнул" позицию. Разумеется, мы решение по Проливам не получили и захотели отыграть назад - но тут вмешалась Германия с сами видите каким ультиматумом. А у нас только что произошла попытка революции.
В итоге Россия была вынуждена выполнить условия договоренности не получив встречного возмещения. В Думе, в СМИ - поднялась буря. Германский канцлер фон Бе́тман-Го́львег принимая дела у предшественника, получил записку в которой говорилось - никогда, ни при каких обстоятельствах не повторяйте боснийского опыта! Все понимали что ситуация висит на волоске и будет висеть, а Россия не всегда будет слабой.
Однако, у Австро-Венгрии имелись свои дальнейшие интересы и она не могла не продвигать их дальше на Балканах - и так допустив не менее болезненное создание проитальянской Албании.
И вот настало лето 1914 года, когда вопрос стал ребром...
О чем эта история?
Эта история, которую американцы не знают - о том, что на слабой России очень опасно наживаться. О том, какой может быть цена того "нечестного торга" девяностых, который ярко описала Нуланд в своих мемуарах. И о том, что история имеет тенденцию повторяться.
Это отрывок из книги Я. Шимова "Габсбурги", в которой описан первый шаг к Первой мировой - Боснийский кризис. Напомню, что Австро-Венгрия и так де-факто владела Боснией, но де-юре оккупировать ее не могла. Тогда новый амбициозный министр иностранных дел Эренталь предложил России в лице министра Извольского согласиться с оккупацией в обмен на открытие Проливов. Проблема была в том, что вопрос открытия Проливов решала не Австро-Венгрия, но Извольский согласился и тем самым "зевнул" позицию. Разумеется, мы решение по Проливам не получили и захотели отыграть назад - но тут вмешалась Германия с сами видите каким ультиматумом. А у нас только что произошла попытка революции.
В итоге Россия была вынуждена выполнить условия договоренности не получив встречного возмещения. В Думе, в СМИ - поднялась буря. Германский канцлер фон Бе́тман-Го́львег принимая дела у предшественника, получил записку в которой говорилось - никогда, ни при каких обстоятельствах не повторяйте боснийского опыта! Все понимали что ситуация висит на волоске и будет висеть, а Россия не всегда будет слабой.
Однако, у Австро-Венгрии имелись свои дальнейшие интересы и она не могла не продвигать их дальше на Балканах - и так допустив не менее болезненное создание проитальянской Албании.
И вот настало лето 1914 года, когда вопрос стал ребром...
О чем эта история?
Эта история, которую американцы не знают - о том, что на слабой России очень опасно наживаться. О том, какой может быть цена того "нечестного торга" девяностых, который ярко описала Нуланд в своих мемуарах. И о том, что история имеет тенденцию повторяться.