Из Линии разлома-2 Поставили палатки и баррикады, приготовили коктейли Молотова и брусчатку, но большинство уже недоумевало: а в кого кидать, кого жечь? Власть – она же социально близкая! Она заставляет всех учить украинский – и паренек с горного села близ Говерлы может неплохо устроиться в Киеве всего лишь как знаток чего-то непостижимого простому украинскому человеку под названием «Ділова українська мова». Знатоки сучасного ділового мовлення нужны были всем – и бизнесу, который в подавляющем большинстве своем был русскоязычным, и иностранцам, которые нанимали знатоков «деловой мовы» из соображений толерантности и политкорректности, потому что в ЕС было принят уважение к языкам стран - партнеров. Знатоки мовы нужны были в правительстве, во всех министерствах и ведомствах, в школах и университетах, в детских садах, во всех СМИ, наконец – они нужны были тем, кто по-прежнему мыслил и говорил по-русски. Если например, человек подавал объявление о продаже автомобиля и должен был описать его комплектацию – то он сначала обращался к знатоку мовы, чтобы подобрать нужные украинские слова для таких вещей, как например «преселективная коробка передач» или «активная подруливающая подвеска» - а потом потенциальные покупатели автiвки обращались к другим знатокам «деловой мовы», чтобы те перевели это обратно на русский язык. Это вы подумайте, какой простор для бизнеса: ведь на украинский язык и обратно требуется переводить инструкции для лекарств, инструкции по эксплуатации для всех видов техники, что бытовой, что коммерческой, нужны были переводчики в судах, в полиции, в любое учреждение – требовался переводчик. И за все за это – брали деньги. Отдельные «знатоки мовы» работали в «державном языковом комитете», который финансировался из бюджета – его сотрудники ходили, смотрели, чтобы нигде не было ничего на русском, и если что-то видели – то искали, кому это принадлежит, и выписывали штраф, часто – наказание дополнялось обязательным посещением сорокачасовых курсов мовы, естественно платных. Украинский язык беден, поэтому – недостающие слова приходилось придумывать на ходу и в/на Украине появилась специфическая черта объявлений, характерная только для этой страны… Часто указывались контакты не только того, кто подал объявление – но и его составителя с тем, чтобы один знаток мовы, нанятый переводчиком этого объявления – мог позвонить другому знатоку мовы, составившему объявление и спросить о смысле тех или иных слов. В целом – это все походило на цирк, когда целая страна изо всех сил пыжится, старается быть не тем, что она есть, люди вымученно улыбаются, подмигивают друг другу… но при этом было не до смеха. Неправильно понятая инструкция бытовой техники – могла привести к пожару или удару током, неправильно переведенная инструкция к лекарству – к болезни или смерти. Начиная с где-то с пятого – шестого класса – вчителя мучались, пытаясь донести до школяров азы физики и химии на языке, который они сами с трудом понимали. Предметные учебники на украинском языке были составлены наспех и очень плохо, русские учебники были куда лучше хотя бы потому, что существовал и столетиями развивался научный русский язык и существовал полный и развитый русский научный лексикон, которого не было на украинском. Кроме того – русские учебники имели в своей основе советские, а это – все-таки величина… учебники, созданные людьми, которые ходили в тулупах и лаптях, но смотрел на звезды. Но даже за попытку заговорить с учениками на русском – могли уволить из школы, если донесут. Иногда доносили специально – чтобы отомстить неугодному учителю. С доказательствами не заморачивались. В результате – затурканные вчителя делали вид, что они учат – а школяры – что они чему-то учатся к вящему восторгу обеих сторон учебного процесса. Еще смешнее – было наблюдать процесс написания и защиты диссертации на украинском – если речь в диссертации шла о серьезных, конечно вещах, а не о том, как именно украинцы выкопали себе Черное море. Таким образом, только языковой закон, именуемый так же «законом Фарион» создавал для вечно безработной Западной Украины пару сотен тысяч рабочих мест – чистеньких, офисных – тут тебе не на стройке надрываться, или на русских северах мерзнуть – сиди себе и толмачь. Это лучше чем впахивать… Очередной «языковой» законопроект, рассматриваемый сегодня на Украине – навевает совсем мрачные мысли о пределах человеческого разума. Закон – имеет в своей основе языковые законы стран Прибалтики, только принимается он спустя двадцать пять лет существования государства, на фоне тяжелого экономического и политического кризиса и идущей в стране гражданской войны. А если называть вещи своими именами – это очередная морковка перед ослом, повод для словесных баталий, отвлечение внимания активного политического класса от того, что в стране как воровали, так и воруют, нечего жрать, население накапливает долги за коммуналку и активно валит в обе стороны – в Европу и в Россию. И те, кто уехал в Россию – обратно, скорее всего уже не вернутся, получат гражданство и будут жить как все, в нормальной стране, где думают не о языке, а о дорогах, жилье, образовании, промышленности. А государство – это люди, и если люди валят, то рано или поздно государство накроется, на каком бы языке оно не говорило. Очередной закон «о языках» - это и признание того невеселого факта, что за двадцать пять лет население страны под названием Украина не связывает ничего кроме языка, и если не будет украинского языка, то не будет ни народа, ни страны. Это крах, господа. Национальная катастрофа. Русский выучив любой язык, английский ли, украинский ли – не станет ни англичанином, ни украинцем – а вот украинец, говорящий на русском – по мысли авторов сего закона видимо, становится русским. Получается, что авторы закона подтверждают тот факт, что за понятием «украинец» нет ничего кроме языка, и если нет языка – то нет и украинца. А что – не так? Тогда как? Возьмем пример тех же прибалтийских стран. Вероятно, Украина расценивает их постсоветскую судьбу как успешную, ведь они вступили в ЕС и в НАТО. Но и сами прибалты и весь остальной мир – думает иначе. За двадцать пять лет независимости эти страны потеряли двадцать пять процентов населения. Прибалты – заселили Великобританию, откуда их сейчас просят и пока вежливо – но это пока. А дома – нет ни работы, ни перспектив, ничего – почти все промышленное производство погибло. Есть и еще один тип миграции – латыши и литовцы переезжают в более успешную Эстонию, где нормальная зарплата 800-900 евро против 500-600 на родине – а сами эстонцы переезжают в Финляндию, где зарплата в 2000 евро считается маленькой, столько дворник получает. Развития никакого – у прибалтийских стран нет. Прибалты выносят утки за больными по всей Европе и делают грязную политическую работу для США. И это называется успех. Кстати, самая лояльная к русским Эстония – почему то в прибалтийской тройке стала и самой успешной. Но дело не в этом. Рецепт успеха прибалтийских стран – он, в общем-то, понятен даже ребенку: зарабатывать на том, что это Европа, но при этом русскоязычная Европа. Как? Это может быть образование для русских студентов на русском языке – но с признанными в Европе дипломами и по цене доступной среднему классу. Это может быть продажа недвижимости русским и курортные услуги. Это может быть европейское лечение. Это могут быть виды на жительство и максимально облегченный Шенген. В «шаговой доступности» от прибалтийских стран вторая по значению российская агломерация – Петербургская, население одного Петербурга – превышает население любой прибалтийской страны, и все это – потенциальные потребители. Расстояние – в нынешних условиях, когда машина не роскошь, а средство передвижения – вообще не проблема. Количество потенциальных потребителей таково, что доходов от их обслуживания – хватит с лихвой для существования и развития всех прибалтийских стран. Почему бы не воспользоваться европейской конвенцией о малом приграничном движении и не построить рядом с границей большие магазины для русских, где те могли бы купить, например, хамон и пресловутый пармезан. Вариантов может быть множество, но для того чтобы ими воспользоваться, надо в корне поменять взгляд на Россию и русский язык. Русский язык – это преимущество (как в Индии знание английского), и знание его – необходимо, потому его надо учить, а не запрещать. С Россией надо поддерживать добрые отношения по двум причинам: первая в том, что если враждовать, то рано или поздно нарвемся и отбиться не сможем, а вторая – русские наши потенциальные потребители, от них зависит наша работа, наше благосостояние, рабочие места. Покупателей нельзя ненавидеть. Но до прибалтийских свидомых – это не доходит даже на двадцать пятый год независимости. Читаю недавно – каждый Новый год мы видим, как в двенадцать ночи по Москве вся Рига взрывается фейерверками – и по-прежнему чувствуем себя оккупированными. Но так думают не все. Есть и те, кто действительно стал европейцем. В числе последних – Нил Ушаков, мэр Риги. Довольно молодой человек, он не на словах, а на деле воспринял европейский подход к жизни – и сейчас выступает резко против русофобской политики, предлагая развивать с Россией нормальные, партнерские отношения и не считая язык чем-то сакральным. За что его клюют и даже штрафуют власти, год назад его оштрафовали за «симпатию к коммунизму» или что-то в этом роде, о чем он написал в Фейсбуке. Самое интересное то, что инспектор, которая усмотрела это нарушение и наложила штраф – вступила в Коммунистическую партию, когда Нилу Ушакову был всего один год. То есть получается – коммунист штрафует некоммуниста за симпатии к коммунизму. Лицемерие высшей пробы. Думаете, на Украине будет как-то по-другому? Ой… Еще один нюанс – несмотря на то, что в Латвии существуют «паспорта неграждан» - за четверть века проблему это не решило. Русские остаются русскими, даже выучив язык. Дети, выросшие в русских семьях и ходившие в латвийские школы – все равно остаются русскими, а теперь это еще и избиратели. Депрессивные районы – так и остались депрессивными, потому что экономика стагнирует, а не развивается. Все это – бомба замедленного действия, которая за двадцать пять лет так и не обезврежена. В перспективе – Украина обречена на геополитическое поражение и распад. Она оказалась между двумя мощными полюсами притяжения – Россией и Польшей, причем и тот и другой – готовы принимать украинцев и делают это. В Россию украинцы ехали издавна, а сейчас этот поток только усилился. Польша, которую покинула значительная часть населения – ощущает опасность и проводит активную миграционную политику: раздает карты поляка, предоставляет места в университетах, есть планы разрешить украинцам вести бизнес в Польше не получая гражданство. И правильно кстати – какая разница, какой паспорт у того, кто создает рабочие места и вносит вклад в рост ВВП? Украина становится территорией хронического неблагополучия, откуда все активные и способные уезжают. Это крах. В какой-то момент обезлюдевшая страна ослабеет настолько, что ее порвут соседи. Вот и всё. Если ты чувствуешь себя оккупированным или ущемленным – то это твои проблемы, и твои тараканы в голове. Из этого надо выпрыгивать на уровне подсознания, просто прекращать так думать и осознавать действительность такой, какая она есть. И начинать делать что-то реальное, а не бороться со своим прошлым. До тех пор, пока вопрос «мовэтворення» и «нациетворення» на Украине будет важнее борьбы с коррупцией, строительства дорог, наведения порядка в ЖКХ – не будет ни Украины без коррупции, ни нормальных дорог, ни нормального ЖКХ с адекватными платежками – ни вообще нормальной жизни. Украинская разруха начинается в голове. Точнее – на языке… WEREWOLF2017